Л. Воронцов. «Путешествие Баурджеда»

«Путешествие Баурджеда» — так называется новая повесть писателя И. Ефремова, выпущенная издательством «Молодая гвардия».

В книге рассказывается о событиях, происшедших за много столетий до наших дней, в глубокой древности. В предисловии автор указывает, что повесть написана с целью ознакомления читателей с древним периодом развития культуры — древним царством Египта. Автор задался целью воссоздать представление древних египтян об окружающих их государство странах и показать как расширялись знания о мире и разрушалось старое наивное мировоззрение, закрепленное и поддерживавшееся религией.

Несмотря на сравнительно небольшой объем повести, автору удалось справиться с поставленной задачей.

Весь познавательный материал, включенный в повесть, органически входит в сюжет и становится живой тканью произведения. Сюжет повести приобретает особый интерес от того, что он основан на точных исторических данных.

Древние египтяне были язычниками. Они поклонялись множеству богов, среди которых было восемь главных: — бог солнца РА, бог знания, письма и искусства Тот и др. Жрецы различных богов постоянно соперничали между собой за влияние на фараонов, которое давало им власть и богатство.

Молодой фараон Джедефра, возведенный на престол жрецами Ра, неожиданно для них отказался от постройки гигантской пирамиды, которую они настоятельно советовали ему предпринять. «Что может быть лучше постройки новой великой пирамиды? — говорили они. — Народ будет все более убеждаться в ничтожестве своей земной жизни и обратит свои мысли к загробному существованию».

Постройка пирамиды Ху-фу, предшественника Джедефры истощила страну. Народ задыхался под бременем непосильных налогов. Оросительная система пришла в упадок. Все это известно Джедефре, но он глух к страданиям народа и не для облегчения его участи отказывается от сооружения пирамиды. Он хочет возвеличить себя обогащением за счет грабежа других стран и начинает подумывать о том, какие сокровища можно добыть оттуда.

В храмах Тота хранились древние книги знания, и Джедефра обратился за советом к Мен-Кау-Тот, — главному жрецу храма. Хитрый и умный Мен-Кау-Тот, почувствовав возможность укрепиться у власти, открыл Джедефре тщательно скрываемые служителями Тота сведения о величии окружающего мира. Все жрецы хранили в глубокой тайне знания, которые каким-либо образом попадали к ним и пользовались этими знаниями как козырем в борьбе за установление своего могущества.

Древним египтянам были известны только близлежащие страны, такие как Вават и Иэртет (части современной Нубии). По их представлению океан «Великая дуга» окружал сушу, а за пределами обитаемого мира лежала волшебная страна Пунт. В этой стране, рассказывалось в сказках и легендах, всем живется одинаково хорошо.

Мен-Кау-Тот открыл фараону, что мир велик и населен множеством народов. «В покорении Великой дуги — будущее счастье земли Та-Кемт1» гласили старинные письмена, отвечавшие намерениям Джедефры.

Фараон вызвал к себе молодого вельможу Баурджеда, опытного путешественника. «Теперь надлежит тебе следовать в Пунт и быть оком фараона в этой неведомой нам стране духов. Из Пунта надлежит тебе проникнуть еще дальше на юг до пределов земли на берегах «Великой дуги».

Баурджед был крайне удручен приказанием Джедефры... «Неведомый путь в безмерную даль, пугающую страну духов... Что может быть страшнее для сынов Та-Кемт, чем возможность погибнуть на чужбине без погребения по магическим обрядам, обеспечивающим душе вечность. Но он не смел ослушаться Джедефру: фараон — живой бог на земле, и воля его священна.

Но вот автор рисует другого человека — кормчего Уахенеба. Несмотря на то, что и его страшит мысль остаться без магического погребения, он по-иному встречает известие о предстоящем плавании. Уахенеб знает жизнь народа, изнемогающего от произвола фараона и чиновников. Побои, непосильная работа, а за недоимки — рабство. Мечта найти дорогу в страну Пунт питает мужество Уахенеба. «—Я знаю, — говорит он Баурджеду, — давно живет в народе мечта о богатом Пунте, стране, где никто не согнут страхом и голодом, где широка земля и множество деревьев со сладкими плодами. Нет больше страха, как погибнуть в дороге, но не будет и большей славы в веках, если проложить туда пути для сынов черной земли».

Эти слова удивили Баурджеда, но мужество Уахенеба придало ему твердость.

Через три недели экспедиция покинула город Белых Стен-Мемфис, столицу древнего Египта.

Следуя за экспедицией вдоль нильских берегов, автор дает ряд зарисовок жизни древнего Египта. Вот наказывают раба. Его бьют палками, растянув на горячем песке. Это никого не удивляет, к этому привыкли. Юноша-раб пытается бежать. Пушенной из лука стрелой его убивает сын начальника провинции. И это не вызывает возмущения. Только отец убийцы упрекает сына как нерадивого хозяина.

А вот картина мирной жизни: виноградники. Рабы несут в плетенках, раскачивающихся на палках, кувшины с вином; пастухи гонят стада антилоп, мальчишки загоняют в птичьи дворы журавлей.

Баурджеду предстояло плыть по Нилу до того места, где река врезалась в пустыню, отделявшую Египет от Красного моря. Отсюда экспедиция должна была пройти по раскаленной пустыне около двухсот километров до гавани Суу (теперь Коссейр на Красном море), где ее поджидали семь кораблей. Здесь и начиналось путешествие Баурджеда в неизвестное.

Шли годы, а об экспедиции не было никаких известий. Давно уже покоился в своей усыпальнице предательски убитый властолюбивыми и мстительными жрецами Ра, фараон Джедефра. По воле этих же жрецов фараоном стал брат Джедефры Хафра. Он затеял постройку гигантской пирамиды, и вновь силы страны были напряжены.

Баурджеда считали погибшим.

Однажды, через семь лет, из гавани Суу был замечен одинокий корабль. Это было все, что осталось от некогда богатой экспедиции. Сам Баурджед выглядел больным, измученным, постаревшим. Большинство его спутников погибло. Среди немногих уцелевших был кормчий Уахенеб.

Холодно встретил Хафра путешественника, но и фараон не был, как прежде, властелином Баурджеда.

«Перед мысленным взором Баурджеда проносились пройденные им земли, бесконечное море, множество виденных им людей разного цвета кожи, разной жизни.

...Величие фараона померкло, фараон не был более богом; впервые предстал он перед Баурджедом только неограниченным смертным властелином своей богатой и могучей, но все же небольшой страны. Впервые почувствовал Баурджед, как мало мог значить фараон во всем большом мире, как ничтожна воля владыки перед ходом жизни этого необъятного мира. Устои обычных понятий рушились...»

Хафра приказал Баурджеду рассказать обо всем, что он видел и узнал.

Страницы, посвященные описанию путешествия, знакомят читателя с древним мореплаванием, они рассказывают о беспомощности древних людей перед силами природы и о том, как постепенно накапливающийся опыт и знания помогали преодолевать грозную стихию. Они знакомят и с лоцией Красного моря и с тем, как, не умея объяснить незнакомые явления, человек приписывал их сверхъестественному, а иногда становился жертвой своего невежества.

Рассказ Баурджеда не мог не произвести впечатления даже на жестокого Хафру, и все же фараона интересовала только возможность наживы.

Надменная самовлюбленность Хафры вызывала у Баурджеда отвращение. Величие и широта окружающего мира, открывшегося Баурджеду, угрожали божественному величию фараона, и Хафра запретил Баурджеду и его спутникам «рассказывать сказки» о совершенном путешествии.

Жрецы Тота, притесняемые жрецами Ра, предложили впавшему в немилость Баурджеду убежище в своем потайном храме, но и для них он был только орудием в борьбе за власть.

В храме Тота, в подземной комнате, на плитах черного диабаза, рабы день и ночь записывали подробную повесть путешествия. Это был мучительный, кропотливый труд. Порча одного иероглифа делала негодной всю плиту и каралась смертью. Баурджед не мог долго оставаться в храме. Бывший знатный царедворец понял, «что даже рабы, сопутствовавшие ему в походе, ближе и дороже ему, чем важные жрецы Тота».

Баурджед тайно покинул храм, но Мен-Кау-Тот не пытался его преследовать — теперь он знал все мельчайшие подробности путешествия, и Баурджед был ему уже не нужен.

Баурджед отыскал своих друзей, сосланных фараоном на работу в каменоломню. Пользуясь сохранившимся у него перстнем с именем фараона, дававшим власть, он освободил Уахенеба и его товарищей. Это вызвало волнение среди других рабочих, кончившееся восстанием.

Возглавил восстание Уахенеб. Он видел Пунт — и там хорошо жилось только богатым. Теперь он знал, что не в мечте народа об этой волшебной стране лежал путь к лучшей жизни.

Восстание было подавлено. Баурджед не принимал в нем прямого участия, хотя и указал восставшим место хранения оружия. Его считали зачинщиком, но он не пытался скрываться. Попав в руки фараона, Баурджед бесследно исчез.

Ценою неисчислимых бедствий народа Хафра построил свою «священную высоту». Советский писатель Петр Никитин, недавно побывавший в Египте, пишет в своих очерках об одном из этих сооружений древности: «Пирамида возвышается каменным колоссом у границы безжизненных песков Ливийской пустыни; она стоит памятником силе человеческого труда и неуемной жестокости тиранов».

Примечания

1. Та-Кемт — Черная Земля, так называли древние египтяне свою страну.

На правах рекламы:

Здесь автоломбард