В. Бурт. «"Туманность" Ефремова. Неразгаданные тайны знаменитого писателя-фантаста»

Иван Ефремов ушел из жизни 40 лет назад, в один из октябрьских дней 1972 года. Утром он вынул из почтового ящика конверт без почтового штемпеля. Вскрыл. А спустя несколько часов неожиданно скончался...

Это сейчас имя Ивана Ефремова подернулось «туманностью» забвения. А в 60—70-е годы прошлого века он слыл одним из известнейших советских фантастов. Его книги сметал с прилавков ураган читательского интереса. Фантастика в СССР была в фаворе, и он был одним из властителей дум любителей этого жанра. Как, впрочем, и его коллеги — Александр Казанцев, братья Борис и Аркадий Стругацкие, Дмитрий Биленкин, Кир Булычов, Геннадий Гор...

Но Ефремов был другим, отличным от коллег. Жизнь его и потрепала, и закалила. Из всего пережитого и перепробованного — грузчик, пильщик дров, шофер, моряк — получился крепчайший сплав романтического, пытливого характера.

Он с головой ушел в науку, став палеонтологом и геологом. Исколесил всю страну — от Поволжья до Дальнего Востока. В таежной глухомани, в безлюдье пустынь, в забытых цивилизацией укромных уголках он производил раскопки, дотошно изучал находки, много писал, но еще не рассказы и романы, а работы, двигавшие его по научной лестнице. Ивану Антоновичу не было и сорока, когда пришла известность, появились звания и титулы: доктор биологических наук, профессор, основатель тафономии — новой области палеонтологии. Казалось, что с этого пути уже не свернуть.

Однако Ефремов взялся за литературный труд, благо стал обладателем богатейшего фактического материала. И запас знаний, и склонность к анализу, и точность оценок — все было при нем. Сочинял сначала между делом, потом разогнавшись, творил уже без остановок.

Когда Ефремов уже взялся за перо писателя, его «настигла» Сталинская премия — эхо прошлых научных заслуг — за крупную работу по палеонтологии. Впрочем, поговаривали, что наградили Ивана Антоновича вовсе не за изучение костей мамонта, а за результативные поиски стратегического сырья — нефти, алмазов, урана, золота, ртути...

Этот высокий человек с большими, прожигающими насквозь собеседника глазами, оборачивался во мрак доисторического прошлого и разгонял туман завтрашнего дня.

Он не просто рисовал будущее и населял его героями, но и обстоятельно объяснял неизбежность его прихода.

Рассказы писателя удивляли, а романы — «Лезвие бритвы», «Таис Афинская», «Час быка», «Туманность Андромеды» — потрясали. За последней книгой космонавт Юрий Гагарин неделю стоял в библиотечной очереди.

Но вернемся в 1972 год.

Версию о смертоносном письме вдова писателя — Таисия Иосифовна — опровергала. Она вспоминала: «...А в половине пятого утра я вдруг услышала хрип. Вскочила, стала звонить в «скорую», всем. «Скорая» приехала и констатировала, что Ивана Антоновича нет уже...»

Однако версия осталась жива.

К тому же, тело писателя кремировали почему-то слишком торопливо — на второй день после смерти.

...Самые главные события, почти детективные, начались через месяц после ухода Ефремова, в начале ноября. В его квартире появились сотрудники КГБ и предъявили бумагу от прокурора, дающую право на обыск. Он длился чуть ли не восемь часов! Среди «обнаруженных» вещей, по свидетельству вдовы, были «оранжевый тюбик с черной головкой с иностранными словами», «книга на иностранном языке с суперобложкой, на которой изображена Африка с заложенными в нее сушеными древесными листьями», «различные химические препараты в пузырьках и баночках» — они оказались гомеопатическими лекарствами. Были изъяты собранные Ефремовым образцы минералов, разборная трость с вмонтированным острым металлическим предметом и металлическая палица из цветного металла.

Неужели ради этого из кожи вон лезли аж 11 (!) сотрудников КГБ, которые, как сказано в протоколе, «в процессе обыска использовали металлоискатель и рентген»? Но это было еще не все.

«Потом было очень смешно и очень страшно, когда потребовали открыть шкаф, где хранилась урна с прахом Ивана Антоновича, — вспоминала вдова. — Я сказала, что не открою. Я поняла, что они могут урну вскрыть. Я им просто сказала: если вы дотронетесь до нее, я ее разобью. Видимо, по моему состоянию они поняли, что я это сделаю».

Вскоре после обыска по Москве пошли слухи, что Ефремов -завербованный во время экспедиции в Монголию английский шпион! А смерть писателя от зараженного письма якобы была подстроена его коварными хозяевами, когда он решил с ними порвать.

Старые слухи благополучно доковыляли до наших дней. Федор Раззаков в своей книге «Как уходили кумиры» писал: «Безмятежная жизнь Ивана продолжалась до начала 20-х годов. Он тогда учился в Горном институте и мечтал стать моряком. Однако в один из дней к нему явился человек, представившийся другом его покойного отца. Это был посланник английской разведки, который выложил перед парнем всю правду о том, кто на самом деле его подлинный отец и где он работал. В итоге Иван Ефремов дал свое согласие пойти по стопам своего родителя. И на протяжении почти 50 лет работал на английскую разведку. Он даже в жены взял себе не простую девушку, а тоже английскую шпионку — Таисия Иосифовна была завербована британцами еще в одиннадцатилетнем возрасте, когда находилась в оккупации на Западной Украине».

Автора ничуть не смущает, что супруга Ефремова родилась в 1926 году, и в 1937 году никакой оккупации на территории СССР не было. Уверен Раззаков и в насильственной смерти писателя.

Собственно говоря, его версия повторяет слухи 1972 года: «Пользуясь тем, что писатель вел обширную переписку, они прислали ему письмо, обработанное сильнодействующим ядом. Когда Ефремов надорвал конверт, началась химическая реакция, и он задохнулся в ядовитых парах».

Любые слухи можно снабдить подробностями и вытекающими из них версиями. Получится подозрение. Если сильно постараться, то из него выйдет утверждение. Впрочем, те, кто заварил эту кашу, ограничились подозрениями.

Для советского писателя у Ивана Антоновича была действительно очень неоднозначная биография. Отец — богатый лесопромышленник, имевший деловые контакты в Англии — вот откуда пошел слух о шпионаже Ефремова — многочисленные экспедиции и, связанные с ними встречи, общение с западными коллегами-фантастами. Странным мог показаться и безудержный полет фантазии писателя, обернувшийся реальностью: в одном из рассказов он предсказал открытие месторождения алмазов в Сибири, в другом — появление голографии.

В общем, писатель слишком много знал и не потому ли боялся? Уже не за себя — за жену. Он оставил ей «Книжечку советов», которую она нашла после его смерти. Вот фрагмент из нее: «...Но вот на что обращай самое тщательное внимание, соблюдай самую максимальную осторожность. Одно дело, пока ты со мной — в случае чего тебя не тронут из-за меня, если, конечно, самого не тронули бы. Оставаясь одна, ты подвергаешься опасности любой провокации и при твоей доверчивости и прямоте можешь пострадать...»

В 1970 году председатель КГБ Юрий Андропов направил записку в ЦК КПСС. В ней, в частности, говорилось: «В романе «Час Быка» Ефремов под видом критики общественного строя на фантастической планете «Торманс» по существу клевещет на советскую действительность, поскольку, как он сам признает в предисловии, книга «говорит о путях развития грядущего коммунистического общества».

Ну, не Солженицын же в самом деле! Это ведь фантастика — можно понимать и так и эдак. Кстати, на самом Ефремове «наблюдения» Андропова или его коллег, которые «просигнализировали» своему шефу, никак не отразились.

А вот главный редактор «Молодой гвардии» — издательства, где вышел «Час быка», был снят со своего поста.

Писатель, предчувствовавший неприятности, попросил аудиенции у министра культуры Петра Демичева. Секретарь ЦК КПСС, по свидетельству Таисии Иосифовны, оказался благодарным читателем Ефремова и, отзываясь о его творчестве, не скупился на комплименты. «Час быка» министру понравился, но он просил сделать кое-какие изменения в тексте, который готовился к переизданию. Иван Антонович, разумеется, просьбу выполнил...

Обыск породил не только сплетни, но и другие, конкретные последствия. По приказу сверху книги Ефремова изъяли из библиотек, а издание пятитомного собрания сочинений было остановлено. Перестали печатать произведения фантаста и отдельными сборниками, хотя при его жизни были включены в тематические планы нескольких издательств. Исчезла фамилия Ефремова и в специальных трудах по палеонтологии, отменили доклад о нем...

Предположим — правда, с преогромной натяжкой, что Иван Антонович был диссидентом. Может, что-то запрещенное читал или «порочащее» советский строй сочинял. Но зачем тогда ждать его смерти? Почему при жизни его не вызвали, «куда следует», не сняли показания. Не пригрозили, наконец. У КГБ же была отработанная тактика, ломавшая многих.

Ефремова же не трогали. Правда, за ним, как утверждала вдова, начали следить. В «Книжечке советов» писатель ее предостерегал «...не пускай неизвестных людей, а впустив, никогда не говори запальчиво или откровенно с неизвестным человеком. Немало шансов, что это окажется дрянь, подосланная или просто решившая воспользоваться беззащитностью...»

Можно возразить, что Ефремов был известным писателем, и поэтому устраивать шум вокруг него побоялись.

Это кто побоялся, КГБ? Когда речь шла о подрыве устоев государственной идеологии, суровая организация ни с кем не церемонилась. Даже с лауреатами, орденоносцами, уважаемыми и неподражаемыми.

Есть еще одна версия — Ефремов попал «в разработку» из-за каких-то несусветных предположений работников органов. Ведь там тоже служила масса фантазеров. К тому же им необходимо было показывать свою нужность и оперативность — кого-то разоблачать, ловить, сажать.

Впрочем, почему мы говорим о несусветных предложениях? Были и конкретные. В беседе с журналистом Андреем Измайловым ныне покойный писатель Аркадий Стругацкий говорил: «Дело в том, что как раз в те времена, в конце 60-х и начале 70-х годов, по крайней мере, в двух организациях США — Си-Ай-Си и армии были созданы учреждения, которые серьезно занимались разработками по летающим тарелкам и возможности проникновения на Землю инопланетян. У наших могла появиться аналогичная идея. И тогда же у фэнов, то есть любителей фантастики, родилась и укрепилась прямо идея-фикс: мол, ведущие писатели-фантасты являются агентами внеземных цивилизаций. Мы с Борисом Натановичем получили не одно письмо на эту тему... Можно себе представить, что вновь созданный отдел компетентных органов возглавил чрезвычайно романтически настроенный офицер, который поверил в абсурд «фантасты суть агенты». И за Ефремовым стали наблюдать».

Стругацкий предположил, вернее, ставил себя на место того «романтически настроенного» чекиста. Если Иван Антонович — агент внеземной цивилизации, то у него должно быть какое-то средство связи с соплеменниками. Но как оно выглядит, никто не знал. Поэтому во время обыска брали все, что попадалось под руку.

Как вам эта версия? Лично я отношусь к ней с сомнением. Фантаст, он и есть фантаст... Правда, 40 лет назад чекисты задавали Таисии Иосифовне довольно странные вопросы: видела ли следы ранений на теле мужа, сколько лет они были знакомы.

Так в чем же его посмертно подозревали чекисты?

На вопрос вдовы, в чем обвиняется ее муж, сотрудник КГБ мрачно пошутил: «Ни в чем, он уже покойник».

Упомянутый Измайлов в одной из публикаций писал, что получил официальную бумагу из КГБ, где были такие слова: «...сообщаем, что действительно в ноябре 1972 года Управлением КГБ СССР по городу Москве и Московской области с санкции Первого заместителя Генерального Прокурора СССР был произведен обыск в квартире писателя Ефремова Ивана Антоновича, а также некоторые другие следственные действия в связи с возникшим подозрением о возможности его насильственной смерти. В результате проведения указанных действий подозрения не подтвердились».

Зато все остальные версии целы и невредимы — что писатель иностранный агент, инопланетянин, диссидент.

Можно предположить что-нибудь еще. Это же фантазия — замечательное упражнение для мозга, любимое занятие писателя Ивана Антоновича Ефремова. Он оставил после себя такой замысловатый детектив, что разгадать его не могут уже 40 лет.

На правах рекламы:

Сальник передней вилки www.gidmotors.ru.