«Шифры, коды, вкусы» (О будущем библиотек) (1967)

«Литературная газета». — 1967, 27 сентября. — № 39 (4117). — С. 7.

Сейчас книг выпускается все больше и больше. Но их обилие имеет две стороны: хорошую и плохую. Книги могут буквально захлестнуть человека и превратиться из источника информации и эстетического удовольствия в непролазные дебри мешанины.

Я начал читать самоучкой в четыре года, читал быстро и за пятьдесят лет одолел очень много книг, доставивших мне море радости. И в то же время не могу спокойно думать о массе ерунды, множестве плохих мелкодушных книг, которые пришлось прочитать вместе с хорошими. Я, конечно, упустил много прекрасных произведений, бесплодно потратил бездну времени. Хочется воскликнуть вместе с Гесиодом (несколько перефразируя его): «Нет ничего что бы в жизни было прекраснее книги хорошей. Но ничего нет ужаснее книг нехороших!»

Читателю второй половины нашего века уже труднее, чем было мне. В результате массового выпуска недорогих изданий, очень быстрого производства книг во всем мире накопились горы печатных произведений. Ежегодно на разных языках выходит множество книг, литературных журналов, альманахов. Если прибавить к этому еще тысячи научных журналов, публикующих разнообразнейшую и разнокачественную научную информацию, растущую невероятными темпами, то станет очевидно, что и способному человеку все труднее быть в курсе даже самых общих достижений науки и искусства. Через одно-два поколения это будет и вовсе невозможно.

Таков исторический ход событий, и — хотим мы этого или не хотим — неизбежно наше превращение в полузнаек, если не будет в корне реорганизована вся система чтения. Тут-то и выступает все важнейшее значение библиотекаря. До сих пор идеалом библиотекаря был вдумчивый знаток книги, всегда готовый помочь найти необходимое и резко отличавшийся от равнодушных «выдавателей» литературы. Теперь такой «знаток» может сам заблудиться в дебрях сотен миллионов (а скоро и миллиардов) названий, о которых он уже не в силах иметь никакого суждения, кроме разве лишь инстинктивного. Нам нужен библиотекарь-ученый, умеющий разыскивать нить необходимой данному читателю книжной информации — буквально Ариаднину нить среди лабиринта знаний.

Жизнь властно требует нового. Бессмысленным становится выпуск миллиардов громоздких книг, на которые мы расходуем наши лесные запасы. Подходит время книгофильмов — микроскопически малых и чудовищно емких хранителей печатного слова.

Необходимыми становятся библиотеки, далеко ушедшие от хранилищ редких изданий и кабинетов инкунабул средних веков, отдельные черточки которых еще проскальзывают в структуре наших библиотек. Хранение микрокниг — дело для современной техники сравнительно простое. Гораздо более важна организация обслуживания читателя, которая, нужно прямо признать, с точки зрения современных потребностей, находится на низком уровне.

Скоро массы книг не будут громоздиться непроворотными горами на километровых полках книгохранилищ. Но этого мало. Теперь мечты и смекалка библиотекарей должны быть направлены на то, чтобы в содружестве с техниками создать библиотеки нового типа, работающие по принципам кибернетических машин и памятных устройств. Нужно создать «автоматические линии» для получения информации о книгах. Необходимы устройства, которые я назвал бы «разматывающей нитью» для постепенного углубления в тот или другой научный вопрос, тему. Надо сконструировав приборы, которые смогут автоматически передавать конспекты по любым книгам. Я считаю, что конспекты (не аннотации) должны стать обязательным сопровождающим элементом книги или книгофильма. В них нужно отражать не только содержание произведения, но и его художественные достоинства, стиль и другие особенности, закодированные какими-то определенными шифрами.

Я далек от мысли намечать в этой статье технические аспекты построения информации читателя в библиотеках будущего, а пытался лишь передать ощущение назревших больших перемен в библиотечном деле, роль которого будет все больше возрастать.

Мне представляется библиотека, похожая на гигантскую автоматическую телефонную станцию, соединенную специальной установкой с каждым абонентом-читателем. Среди сложных автоматов я вижу инженеров хранения и выдачи знаний и опыта человечества — библиотекарей будущего, уверенно разбирающихся в кодах и шифрах тематических «нитей» и «линий» вкусов, интересов, запросов каждого читателя. Тогда ему не придется переваривать своим умом тонны книжной шелухи и становиться более или менее образованным только к закату жизни. Умные машины, «память» которых свободна от всяких слабостей и случайностей человеческой памяти, помогут отобрать лишь те книги, которые принесут ему наибольшую пользу. Полученное таким путем «образование» сделает каждого человека достойным членом коммунистического общества.