Приложение 1. Текстологическое сравнение двух редакций романа «Лезвие бритвы»

Издание 1. Баку: Азербайджанское государственное издательство, 1984; Издание 2. М.: Молодая гвардия, 1988. — Т. 4.

Текст Бакинского издания воспроизводит первое издание (М., 1963). Издание 1988 г. отличается от издания в 1-ом собрании сочинений 1975 г. (М., 1975) только нумерацией страниц.

Разночтения выделены курсивом.

Баку, 1984 Москва, 1988 (IV)
С. текст текст С.
1 8 гипсоселенита гипса-селенита 10
2 8 подсвечивая, прозрачные камни, подсвечивая прозрачные камни 11
3 8 Рядом послышалось шуршание шелка. Рядом послышалось шуршание шелка, повеяло духами «Грезы». 11
4 15 Гирин еще раз посмотрел на план, сделанный четкой рукой художника.

Большой серый Дом художников...

Гирин еще раз посмотрел на план, сделанный четкой рукой художника. Большой серый Дом художников... 16
5 36 Просто он любит другую, и та ждет его. Просто он любит другую. 41
6 40 Меня тревожит, например, не слишком ли много кое-где развлекаются с энцефалографами. Меня тревожит, например, не слишком ли много кое-где развлекаются с энцефалографами и с лазерами. 45
7 41 — Теперь не те времена. Не тридцать седьмой и не сорок седьмой, а шестьдесят первый год. — Теперь не те времена. 47
8 47 Беда в том, что академики наши давно перестали сами собирать коллекции в поле. А когда тебе принесут готовенькое — дело совсем другое, вроде булки, что на дереве выросла: взял да съел.

— Эге, я посмотрю, у каждого своя беда...

Беда в том, что академики наши давно перестали сами собирать коллекции в поле. Нас, старых геологов, дразнят суевериями, якобы мы в таежных путешествиях набрались первобытности от шаманов. Не выступаем в маршрут в понедельник, опасаемся зловещих мест и чересчур ценим собранные каменья. Те, кто всю жизнь проводит в городах или курортах, всегда под защитой крыши, стен, света и тепла, даже не представляют, как необъятен ночной простор степи и тайги, как опасен каждый шаг в темных горах, как грозно ревут волны во время бури в открытом море или когда река, стиснутая ущельями, бешено хлещет пенными струями о камни порогов. Кто знает опасности камнепада или морозной вьюги, тот понимает, что даже самая хорошая выучка и знание дела, самый широкий опыт не могут застраховать от непредвиденной катастрофы в океане громадного, еще мало познанного мира вокруг нас. Потому мы цепляемся за каждый вынесенный из маршрута образец, каждый набросок карты, а идиотская сарайная экономия отнимает от нас драгоценные документы труда и риска...

— Эге, я посмотрю, у каждого своя беда...

54
9 48 ороченов орочонов 54
10 51 Довольно, — шутливо поднял руки вверх Андреев. — Кстати, это ваша статья здесь? — Геолог поднял со стола научнопопулярный журнал.

— Моя, — подтвердил Гирин.

— М-да! Как прав был Ленин, говоря, что фантазия — качество величайшей ценности! Я бы присуждал степени магистра фантазии, — геолог потряс книжкой журнала.

— Фантазии тут мало, — пожал плечами Гирин. — Прочитал статью о динозаврах нашего известного палеонтолога в журнале «Природа». Там убедительно объяснялось, что эти колоссальные ящеры, величайшие на Земле животные, были большими не потому, что у них, оказывается, был развит большой гипофиз — железа внутренней секреции, стимулирующая, между прочим, и рост. Наоборот, гипофиз был большим, чтобы стимулировать быстрый рост и приспособление к окружающей среде. Это мне понравилось. Действительно, если животное велико, то оно должно и расти быстро, иначе погибнет, живя в условиях, в которых нужна величина. И тут я сразу подумал о китах. Китёнок растёт «не по дням, а по часам», прибавляя в весе по сто килограммов за сутки. А если так, то гипофиз кита должен быть сравнительно большим, и при добыче китов его надо использовать для получения гормона гипофиза, важнейшей из всех желез внутренней секреции.

— Неужели для добычи килограмма гормона...

— Нужно четыреста тысяч свиней? Да, это так. Конечно, это добывается попутно при забое на мясокомбинатах, но всё же найти новый источник, да ещё богатый, было бы хорошо. Вот я и написал статью, что нужно из китов, и особенно из молодых, добывать гипофиз.

— И тем самым получился мост от палеонтологии, от давно вымерших динозавров к современной медицинской промышленности!

— Так и должно быть в каждой науке. Эти мосты есть везде, жаль, что мы их не всегда видим. Однако уже поздно.

Но создать институт, посвященный психофизиологии, еще не догадались, а надо бы несколько таких научных центров.

А все же я дам пинка вашей самомнительной науке, — усмехнулся Андреев. — По части зависимости от среды, связи с ней и значения всего этого для психологии и морали она все забыла!

— Верно! Лучше сказать — не дошла, — помрачнел Гирин. — Однако уже поздно.

59
11 53 ...И глаз нужен, как у орла! И еще труд найти модель. Вам невдомёк, а я сразу понял — редкая модель, позировала без трико, чтобы художник мог увидеть все эти мельчайшие подкожные мускулишки и западинки, которые вам и кажутся живым телом. А для этого надо натуру высшего класса, с таким вот живым телом и кожей.

А разве обычно позируют в трико?

Я совсем не так это себе представлял.

— Вы, разумеется, судите по картинам, где мастерская скульптора написана как фон для того, чтобы изобразить нагое тело. Был придуман такой приём художниками в защиту от ханжей. А на деле натурщица затянута в трико, как балерина. Скульптору даже легче: поверхность, как говорят, обобщается; впрочем, и скульптура-то современная построена на обобщениях, зачем ей поверхность? Создать, проявить, собрать красоту человека...

— Тому причин немало! И, конечно, главная в том, что выполнение скульптуры в таком античном стиле — это нещадный, долгий труд. И глаз нужен, как у орла, чтобы художник мог увидеть все эти мельчайшие подкожные мускулишки и западинки, которые вам и кажутся живым телом. А для этого надо натуру высшего класса, с таким вот живым телом и кожей.

Создать, проявить, собрать красоту человека...

60
12 59 Сима надела пальто и берет, придававший ей вид юноши, и они вышли во всегдашнюю людскую толчею Кузнецкого моста. Сима надела пальто и берет, придавший ей мальчишески независимый вид. Гирин сразу оценил преимущества лица Симы. К такой головке средиземноморского типа, с мелкими, твердыми чертами, большеглазой из-за правильности профиля, гордой шеи и высоко поставленных ушей, с большим расстоянием от них до глаз, пойдет решительно все — любая прическа, любая шляпка, чем и пользуются, например, итальянки... Они вышли во всегдашнюю людскую толчею Кузнецкого моста. 69
13 60 — Ну какой из меня танцор! Тяжел, староват, долговяз. — Ну какой из меня танцор! Даже смолоду. От предков и родителей костяк мне достался тяжелый. Было на что опираться могучей силе русского землепашца. А у меня пропадает зря, и не могу порхать в танце. 70
14 60 Иногда так и потянет на головоломную штуку, если партнер хорош, и разойдешься, как ветром понесет сердце и ноги.

Гирина слегка уязвили слова «если партнер хорош», он-то никак не мог считать себя «хорошим партнером».

Иногда так и потянет на головоломную штуку, если партнер хорош, и разойдешься, как ветром понесет сердце и ноги.

Гирина слегка уязвили слова «когда партнер хорош», он-то никак не мог считать себя «хорошим партнером».

70
15 60—61 Впрочем, ничего плохого в рок-н-ролле, как в [61] акробатическом танце не было бы, если избегать гнусного кривлянья и показной эротики. Впрочем, ничего плохого в акробатическом танце не было бы, если избегать гнусного кривлянья. 70
16 70 Этих зонтиков, широко защищающих мозг от всяких потрясений ниамида или, если можно достать, мелларила — этот куда как могуч. Этих зонтиков, широко защищающих мозг от всяких потрясений 82
17 70 Итак, мелларил или торидазин в стандартной дозировке. Дадим вдвое. Итак, мелларил. Дадим вдвое. 82
18 76 — Рита, милый мой визирь, — Сима усадила подругу и обняла ее за плечи, — а мне вот хочется быть повыше, такой, как ты. И с таким же легким телом, как у Люси. Вспомни ее прыжки! Куда мне! А Тамара? Вот настоящее изящество, как японская статуэтка.

— Прибедняешься! Ты вся — очень женщина, в этом твоя особенность и твоя сила

— Рита, милый мой визирь, — Сима усадила подругу и обняла ее за плечи, — а мне вот хочется быть повыше, такой, как ты. И с таким же легким телом, как у Люси. Вспомни ее прыжки! Куда мне! А вспомни эту дивную маленькую девчушку, Лену Карпухину. Несомненно, будет чемпионка. Гибкость, подлинное изящество, не могу точно выразить, красивая свобода движений, быть может. И все ладно в этом ее крепком теле, несмотря на рост.

— А ты очень похожа на Карпухину, знаешь? Только, конечно, взрослее и — очень женщина, в этом твоя особенность и твоя сила.

88
19 76 — Не сошелся, ничуть. Но как-то получается, что от тебя требуют быть такой, какой им хочется. Стараются тебя заставить, слепить по подходящей форме. И беда, если ты оказываешься сильнее! Тогда им надо выказать свое превосходство, а если его нет, то, значит, надо унизить тебя, пригнуть до своего уровня и по возможности еще ниже. — Не сошелся, ничуть. Но как-то получается, что от тебя требуют быть такой, какой им хочется. Стараются тебя слепить по подходящей для них форме. И беда, если ты оказываешься сильнее! Тогда им надо выказать свое превосходство, а если его нет, то, значит, надо унизить тебя, пригнуть до своего уровня и даже еще ниже. 88
20 77 — Нет, я лишь подружился. Она во-от такого роста и много старше меня. — Нет, я лишь подружился. Она во-от такого роста. 90
21 79 Летчик, кое-как одетый, с чемоданом в руке, обернулся на пороге, грязно выругавшись. Его молодая жена, отчаянно рыдая, цеплялась за рукав разъяренного мужа и, грубо отброшенная, упала на колени. «Проститутка!» — заорал летчик и выскочил из общежития, так хлопнув дверью, что зазвенели стёкла. Летчик, кое-как одетый, с чемоданом в руке, обернулся на пороге, выругавшись. Его молодая жена, рыдая, цеплялась за рукав разъяренного мужа и, грубо отброшенная, упала на колени. «Проститутка!» — заорал летчик и выскочил из общежития. 91
22 79 Никакие мольбы не тронули ревнивца, он так и не появился больше. А Надя впала в тяжкое оцепенение. Бедная девушка сидит целыми днями в углу: подруги взяли её в свою старую комнату. Если там никого нет, то она не зажигает света, ничего не ест. Что-то надо сделать, вывести её из этого состояния.

— Я пробовала и девушки тоже, не удаётся. Может быть, ты придешь поговорить с ней?

Никакие мольбы не тронули ревнивца, он так и не появился больше.

— Может быть, ты придешь поговорить с ней?

92
23 73 — А ты взгляни по-другому. Его так воспитали. Так считается у мужчин, что очень важно, если он первый. Почитай, найдешь в любом романе.

— Нашла, на что ссылаться, на книжное старье.

— При чем тут старье? Возьми некоторые наши советские произведения — там тоже все герои очень чувствительны в этом отношении

— А ты взгляни по-другому. Его так воспитали. Так считается у мужчин, что очень важно, если он первый. Найдешь в любом романе.

— Нашла, на что ссылаться, на книжное старье.

— При чем тут старье? Возьми некоторые наши современные произведения — там тоже герои очень чувствительны в этом отношении.

92
24 84 Вот так и тут: он, Гирин, вспоминает не действительность прошлого, а некий экстракт самого лучшего, красивого и милого сердцу.

Он долго всматривался в висевший над диваном большой портрет балерины работы Серебряковой. Девушка в пышном костюме романтических сказок прошлого века, слегка склонив своё обрамлённое чёрными локонами лицо, смотрела с пристальной и грустной задумчивостью. Гирин хмурился, что-то соображая, потом шагнул к столу и, слабо улыбаясь, извлёк из папки рисунок, который прикрепил на место снятой Пьеретты. Исполненный в сочных, чистых красках, он изображал танцовщицу, стоявшую на носке левой ноги, высоко поджав согнутую в колене правую. Обнажённые руки поддерживали длинный терракотовый шарф. Лицо, совсем круглое и длинноглазое, склонялось к правому плечу. Сходство лица и фигуры с Симой удивило и обрадовало Гирина. На танцовщице были тёмно-фиолетовые рейтузы, широкая полуюбочка, ярко-синяя снаружи и жёлтая изнутри, тугой зелёный корсаж и прозрачные крылышки за спиной. «Бакст. Труханова в роли Пери «, — гласила надпись.

Вот так и тут: он, Гирин, вспоминает не действительность прошлого, а некий экстракт самого лучшего, красивого и милого сердцу. 97
25 86 — В 1908 году на дне Эгейского моря, близ острова Тера водолазы нашли остатки древнегреческого корабля первого века до нашей эры — точно не установлено. С корабля, в числе прочих предметов, подняли странный бронзовый механизм: сложное переплетение зубчатых колес, несколько похожее на механизм гиревых часов. В течение полувека ученым не удавалось разгадать тайну этого механизма. Только теперь выяснено, что это своеобразная счетная машина, созданная для вычисления планетных движений, очень важных для астрологических предсказаний тех времен. — В 1908 году на дне Эгейского моря, близ острова Тера, который сейчас ученые считают центром Атлантиды, водолазы нашли остатки древнегреческого корабля первого века до нашей эры — точно не установлено. С корабля, в числе прочих предметов, подняли странный бронзовый механизм: сложное переплетение зубчатых колес, несколько похожее на механизм гиревых часов. В течение полувека ученым не удавалось разгадать тайну этого механизма. Только теперь выяснено, что это своеобразная счетная машина, созданная для вычисления планетных движений, очень важных в астрологии тех времен. 98
26 87 В этом сущность красоты, прежде всего человеческой или животной, так как она для меня, биолога, легче расшифровывается, чем совершенство линий волны, пропорций здания или гармонии звуков.

Гирин умолк. Гул прошел по залу, и тотчас же поднялся полный человек с короткой бородкой — эспаньолкой.

В этом сущность красоты, прежде всего человеческой или животной, так как она для меня, биолога, легче расшифровывается, чем совершенство линий волны, пропорций здания или гармонии звуков.

Надо понять, что я говорю о красоте, не касаясь того, что называется в разных случаях очарованием, обаятельностью, «шармом», того, что может быть (и чаще бывает) сколько угодно у некрасивых. Это хорошая душа, добрая и здоровая психика, просвечивающая сквозь некрасивое лицо. Но здесь речь не об этом, а о подлинной анатомической красоте. Фальшивый же термин «красивость», как всякая полуправда, еще более лжив, чем прямая ложь.

Гирин умолк. Гул прошел по залу, и тотчас же поднялся полный человек с короткой бородкой — эспаньолкой.

100
27 88 Гельмгольц, изучая человеческий глаз, воскликнул... Гельмгольц, изучая человеческий глаз, восклицал... 102
28 89 Так и с чувством красоты: это отражение очень реального и важного, если оно закрепилось в наследственной, подсознательной памяти поколений и стало одним из устоев нашего мироощущения — никак иначе, ничего другого, иначе мы снова опустимся в стоячую воду идеализма. А если так, то основные закономерности чувства прекрасного должны поддаваться научному исследованию. Так и с чувством красоты: это отражение очень реального и важного, если оно закрепилось в наследственной, подсознательной памяти поколений и стало одним из устоев нашего мироощущения — никак иначе, ничего другого, иначе мы снова опустимся в стоячую воду идеализма. Вся эволюция животного мира — это миллионы лет накопления зернышко за зернышком целесообразности, то есть красоты. А если так, то основные закономерности чувства прекрасного должны поддаваться научному исследованию. 102
29 90 Разве вам не хочется знать все это именно, чтобы избежать посредственности, личных ошибок, чтобы лучше вооружиться в борьбе за новые, высшие ступени искусства?.. — Гирин обвел взглядом зал и чуть не вздрогнул от звенящего волнением голоса Симы. Разве вам не хочется знать все это именно, чтобы избежать посредственности, личных ошибок, чтобы лучше вооружиться в борьбе за новые, высшие ступени искусства?..

Разве для вас строгая закономерность форм пре[104]красного кажется узами, а не ключом, открывающим путь к бездонному разнообразию творений природы? — Гирин обвел взглядом зал и чуть не вздрогнул от звенящего волнением голоса Симы.

103—104
30 90 Из всего мира высших животных человек отличается наиболее развитым чувством формы, соразмерять и ощущать которую помогают указанные мышцы глаза. Это чувство использовано природой для выполнения важнейшей задачи — взаимного привлечения различных полов Человек из всего мира высших животных отличается наиболее развитым чувством формы, соразмерять и ощущать которую помогают указанные мышцы глаза. Это чувство использовано природой для выполнения важнейшей задачи — взаимного привлечения разных полов. 104
31 93 Потому, что в такие моменты наиболее резко выступают признаки активной энергии тела! Потому, что в такие моменты наиболее резко выступают признаки активной энергии тела! Неспроста [108] древние греки считали удачными изображения своих богов лишь в том случае, если ваятелю удавался энтазис — то серьезное, внимательное, напряженное выражение — основной признак божества. Вспомните великолепную голову Афины Лемнии — в ней алертность или энтазис может служить образцом для всех остальных скульптур. 107—108
32 94 Чем шире расставлены глаза, тем больше стереоскопичность зрения, глубина планов. Чем шире расставлены глаза, тем больше стереоскопичность зрения, глубина планов. Насколько ценилась испокон веков широкая расстановка глаз, показывает очень древний миф о красавице, дочери финикийского царя Европе. Ее имя по древнегречески означает или «широколицая» («широковзорная») или «широкоглазая». 108
33 96 Мода современности ведет к признанию красоты в удлиненном, как бы вытянутом теле человека, особенно женщины, — явно городском, хрупком, слабом, не приспособленном к физической работе, успешному деторождению и обладающем малыми резервами сил. Мода современности ведет к признанию красоты в удлиненном, как бы вытянутом теле человека, особенно женщины, — явно городском, хрупком, слабом, не приспособленном к физической работе, успешному деторождению и обладающем малыми резервами сил. И опять появляются «гордые» рахитические лбы, непомерно высокие от отступающих назад жидковатых волос, некрасиво выпуклые, с вогнутой, вдавленной под лоб переносицей. И опять идеальный женский рост в 157—160 сантиметров сменяется «городским» в 170—175, как бы специально для контраста со странами, где у бедно живущих народов «экономный» женский рост в среднем около 150 сантиметров. 111
34 98 Заметим кстати, что тонкая, гибкая талия есть анатомическая компенсация широких бедер для подвижности и гибкости всего тела.

Обратите еще внимание на то, что красивая линия бедер требует отсутствия впадин над трохантерными выступами бедренных костей — линии непрерывного изгиба. Такая линия получается только в результате превосходного физического развития связок и верхних отводящих тазобедренных мышц ног. Посмотрите на фигуры здоровых, привычных к разнообразному труду деревенских девушек, и вы увидите, что и тут наше эстетическое чувство безошибочно отмечает наивысшую целесообразность

Заметим кстати, что тонкая, гибкая талия есть анатомическая компенсация широких бедер для подвижности и гибкости всего тела.

Для мужчин тонкая талия, увы, противопоказана, если они хотят быть действительно мужчинами, могучими и выносливыми, как древние эллины. Я уже говорил, что тело человека не имеет скелетной компенсации позвоночнику спереди. Поэтому, для того чтобы носить тяжести, поднимать их, быть выносливым (вспомните об особенностях мужского дыхания), на передней поверхности тела, между ребрами и тазом, должна быть толстая и крепкая мышечная стенка, да что там, целая стена, сантиметров в пять толщиной, как на греческих статуях. Не меньшей мощности пластины нужны и на боковых сторонах — косые брюшные мышцы. Тут уж не до гибкой талии, в этом месте мужчина становится шире, чем в бедрах, зато приобретает великую мощь.

А у женщин важнее совсем другие, не поверхностные, а внутренние мышцы, способные в прочной чаше удерживать внутренности при огромной дополнительной нагрузке — ребенке. Помните, все это не для города и даже не для деревни. Создавалось оно в дикой жизни, полной огромного напряжения. Поэтому широкий и крепкий лист поперечной брюшной мышцы стягивает талию глубже косых мышц, до самого лобка, низко поддерживая мышечную чашу живота с помощью еще и пирамидальной мышцы, которая, будучи сильно развита, дает тот плоский живот, о котором мечтают красавицы. Я думаю, что мускульная анатомия вам известна. Упомяну еще, что у хорошо танцующих женщин наиболее сильно развиты [114] средняя и маленькая ягодичные мышцы, а в самой глубине — грушевидная и подвздошно-поясничная. Все они заполняют впадину над вертлугом и дают выпуклую, «амфорную», линию крутых бедер. Можно прибавить развитие самого верхнего конца портняжной мышцы и мышцы, натягивающей широкую фасцию. Если проанализировать мускулатуру превосходно развитых танцовщиц, конькобежек и гимнасток, то мы увидим несколько иное, чем у мужчин, усиление самых верхних частей аддукторов бедренных мышц. Посмотрите на фигуры здоровых, привычных к разнообразному труду деревенских девушек, и вы увидите, что и тут наше эстетическое чувство безошибочно отмечает наивысшую целесообразность.

113—114
35 99 Известно, что количество половых гормонов очень важно для энергетического тонуса организма, как, например, насыщение крови 17-кетостеронами. Известно, что количество половых гормонов очень важно для энергетического тонуса организма, как, например, насыщение крови кетостеронами. 115
36 102 Человек обязательно должен развивать эти мускулы — они жизненно важны во всех случаях.

Но вот вам еще пример.

Человек обязательно должен развивать эти мускулы — они жизненно важны во всех случаях.

Вряд ли возможно сопоставлять древнего и современного человека, — сказал тот, ученого вида старик, который вспоминал Немилова. — Прежде всего у нас гораздо больше нервного напряжения, стрессов, чем в первобытной жизни. Отсюда, нужно думать, что прежние каноны физической силы и выносливости сегодня неприменимы. Нужна крепкая нервная организация — это главное.

— Вы сделали сразу две крупные ошибки. Начну со второй, она проще, — возразил Гирин. — Крепкая нервная организация может быть только на основе полного здоровья, физической крепости и выносливости всего тела. Хилое тело, подвергнутое нервному напряжению, сразу же даст шизоидный комплекс психики. Что касается первобытных людей, живших в постоянной и смертельной опасности, в длительном напряжении охоты и поисков пищи, то их организм выработал способность отдавать сразу огромное количество адреналина для мгновенной форсировки мышечно-двигательной системы. Сильнейшие нервные стрессы, какие случаются у современных людей, кроме войны, всего несколько Раз в жизни, заставляли наших предков жить в алертности, напряжении всего тела, расходуя всю пищу, какую только мог потребить организм. Никаких холестериновых накоплений, склероза или инфаркта. Мы унаследовали отличную боевую машину, приспособленную для битв с могучими зверями, и сетуем, что она может своими стрессами погубить наши вялые, нетренированные как надо тела. Я не имею в виду спортивные тренировки — они пока что истощают ресурсы тела. Индийская йога учит накапли[120]вать эти ресурсы, но мы еще не взяли ее за образец и не приспособили к нашим нуждам. Вот вам еще пример.

119—120
37 106 — Думал о вас, о привлекательности вообще и вашей в частности.

— Какая же привлекательность, если смешно?

— Думал о вас, о привлекательности вообще и вашей в частности. Вашему античному лицу идет решительно все — любая прическа, любая шляпа, кепка. Благодарите за этот дар природу и одевайте что угодно, — сказал Гирин.

— Вы находите, что у меня каменная физиономия греческой статуи? — поморщилась Сима.

— Не может быть худшего заблуждения! — свирепо возразил Гирин, — я имею в виду древний средиземноморский тип: правильные мелкие черты, твердый очерк подбородка, большое расстояние от глаз до высоких и маленьких ушей, короче, именно ваше лицо. Этот тип впоследствии был изменен на крупные черты, от примеси переднеазиатских и кавказских народностей, но и сейчас нередко проступает, чаще всего в Средиземноморье.

— Какая же привлекательность, если смешно?

126
38 107 ...другая — фантастический красочный пейзаж далекой планеты Андрея Соколова. На стенах висели две репродукции в простых рамах: одна с акварели Борисова-Мусатова, другая — «Звенигород» Рериха 127
39 109 А я всегда готов, образно говоря, поднять бокал за ведьм, проницательных, веселых, сильных духом женщин, равных мужчинам! А я всегда готов, образно говоря, поднять бокал за ведьм, проницательных, веселых, сильных духом женщин, равноценных мужчинам! 130
40 110 — Я сам себя озадачил. Кроме шуток, я очень люблю Чайковского и вообще мелодические, напевные вещи. По всем вкусам я считал себя скучным академистом. А на деле оказалось: когда я встречался с хорошим, как принято сейчас выражаться, «модерном», меня всегда тянуло в сторону, будь то музыка, живопись, скульптура. — Я сам себя озадачил. Кроме шуток, я очень люблю Чайковского и вообще музыку мелодическую, широкую, напевную, но и ритмическую, смелую тоже. Всегда я считал себя скучным академистом. А на деле оказалось: когда я встречался с хорошим, как принято сейчас выражаться, «модерном», меня всегда тянуло в эту сторону, будь то музыка, живопись, скульптура. 131
41 111 — Я понимаю, — сказала Сима.

Раз по телевизору я смотрел у знакомых чемпионат мира по фигурному катанию. Выступали две пары, та и другая канадцы, и обе — самого высшего класса. Они заняли, не помню, какие, но близкие к первому месту.

— Видели! Знаем их! — воскликнули Сима и Рита.

— Очень симпатичные! — продолжала Рита. — Обе партнёрши похожи друг на друга, маленькие, чёрные, настоящие француженки. А фигурки, о, почти как у Симы.

— Ладно, не мешай Ивану Родионовичу.

— Так если помните, мне нечего объяснять. Одна пара исполняла свой номер под какой-то классический отрывок, и все их отточенные движения плавно, изящно, с виртуозной лёгкостью переливались и струились соответственно музыке. Они были великолепны! Но выступила вторая пара под чёткий ритм танца, с движениями резкими, отрывистыми и быстрыми. Я не знаток и не могу сказать, чьё спортивное мастерство было выше. Но я почувствовал, что мне больше нравится чёткий и резкий ритм.

— Это хорошо, — заявила Рита. — Значит, вам понравиться и Сима. Мы с ней две противоположности. И она как раз такая вот резкая, быстрая, вся ритмическая насквозь. Поэтому и выбрала такое адажио.

Я хотела было симфонические танцы Рахманинова, — сказала Сима, — в них есть одна часть, нравящаяся мне просто отчаянно. Но помешали длинные паузы, не набрать нужной суммы движений. Простите, Иван Родионович, мы говорим, говорим, а вам пора.

Сами виноваты, разговор интересный, — сказала Рита.

— Очень хотел бы остаться, но ждёт больной...

— Я понимаю, — сказала Сима.

— Это хорошо, — заявила Рита. — Значит, вам понравиться и Сима. Мы с ней две противоположности. И она как раз такая вот резкая, быстрая, вся ритмическая насквозь. Поэтому и выбрала это адажио. А что вы любите в книгах? Не ваших ученых, а в романах, рассказах?

— Тут я полностью старомоден и не выношу гнильцы, привлекающей любителей дичи с тухлятинкой, заплесневелого сыра, порченых людей и некрасивых поступков. Для меня любое произведение искусства, будь то книга, фильм или живопись не существует, если в нем нет глубоко прочувствованной природы, красивых женщин и доблестных мужчин...

— И зло обязательно наказано, — радостно захлопала в ладоши Сима, — и добро торжествует! Простите, Иван Родионович, — спохватилась девушка, — мы все говорим, а вам — пора.

— Очень хотел бы остаться, но ждёт больной...

131
42 113 И она в упор взглянула на Гирина широко открытыми глазами, в которых он прочитал такую детскую наивную надежду, что созревший в душе мужской отказ замер у него на губах.

— Вы поедете, о-о, хороший, а я так боялась!

И она в упор взглянула на Гирина широко открытыми глазами, в которых он прочитал такую детскую наивную надежду, что созревший в душе мужской отказ замер у него на губах. И еще он увидел в Симе поразительную беззащитность, главное несчастие тонкой и нежной души, и тут же дал себе клятву никогда не ранить это уже дорогое ему существо с гибким, сильным телом женщины и душой мечтательницы девушки, покорявшей единорога в готических легендах.

— Вы поедете, о-о, хороший, а я так боялась!

133—134
43 123 Точно так же, как позор фашизма и лагерей смерти ничем не смоется с европейской культуры нашего века!

А ревность и целомудрие женщины?

— Христианство полностью взяло из древнееврейской религии учение о грехе и нечистоте женщины.

Точно так же, как позор фашизма и лагерей смерти ничем не смоется с европейской культуры нашего века!

Да, всех тяжелей приходилось женщине.

— Христианство полностью взяло из древнееврейской религии учение о грехе и нечистоте женщины.

145
44 125 — Так. Считая, что с церковью все покончено и она уже никогда не будет влиять на умы советских людей, мы пренебрегли живучестью старых моральных норм и не постарались тщательно их искоренить. — Так. Считая, что с церковью все покончено и она уже никогда не будет влиять на умы советских людей, мы пренебрегли живучестью старых понятий и не постарались тщательно их искоренить. 147
45 125 И Гирин показал на страшную книгу, мирно покоившуюся на столе. — Нужна борьба, сознательная, освященная знанием. Поэтому и вы здесь — перед тем как увидеться с Надей. И Гирин показал на страшную книгу, мирно покоившуюся на столе. — Нужна борьба, сознательная, освещенная знанием. Поэтому и вы здесь — перед тем как увидеться с Надей. 148
46 129 В период культа личности все это было под запретом. Довольно длительное время все это было под запретом. 153
47 138 Пусть неудачными окажутся эти первые опыты, все равно они лишь малая часть исследований, намеченных им в ближайшие годы!

Вернувшиеся полтора часа спустя Вера и Сергей застали его глубоко задумавшимся над одним из рисунков инженера-электрика: белым цветком, обвитым синей спиралью на фоне сплошной черноты.

Пусть неудачными окажутся эти первые опыты, все равно они лишь малая часть исследований, намеченных им в ближайшие годы!

Кто-то догонял его, учащенно дыша и в то же время не решаясь обратиться, шагал за его спиной. Гирин по какому-то древнему инстинкту терпеть не мог, когда кто-нибудь неотступно шел позади. Он резко повернулся, встретившись с взволнованным и серьезным Демидовым, которого знал как хорошего работника из лаборатории транквилизаторов.

— Иван Родионович, можно вас на два слова? Извините, что я так... на ходу, но в другое время трудно вас поймать — либо идут опыты, либо вас нет.

Гирин, немного досадуя на перебивку мыслей, подошел вместе с Демидовым к широкому окну нижнего этажа.

— Мне только один ваш совет, как психолога глубинных структур.

— Вы произвели меня в новый чин и новую специальность, — улыбнулся Гирин, — я ведь прежде всего — врач.

— Так и я тоже. Потому и советуюсь, — успокаиваясь, сказал Демидов, — вы работаете с ЛСД и другими галлюциногенами. А мне внезапно пришла в голову такая идея, что показалась куда важнее всего, чем я занимаюсь сейчас. Издавна мечтой людей был напиток счастья, например в Ведах Индии, эта, как ее?..

— Сома?

— Да, да! И помните у поэта: «Честь безумцу, который навеет человечеству сон золотой».

— Так вот хотите заняться изобретением напитка?..

— Лекарства!

Все равно! Лекарства «Сон золотой»?

— Вот именно! Подумайте только...

— Давно уже думано. И отброшено.

[164]

Но почему же?

— Чтобы видеть сны золотые, надо иметь золотую душу. А в бедной душе откуда возьмется богатство грез? Люди лишь отупеют и одуреют, как от алкоголя. Некогда вино вдохновляло поэтов, а теперь обессмыслившиеся от него до скотского состояния мужчины избивают детей и женщин.

— Значит, дело не в лекарстве?

— Вы поняли меня. Надо дать человеку богатство психики — вот за что мы, врачи, должны бороться. А без этого, как бы хорош ни был ваш состав, он неминуемо обернется бедствием, расслабляя торможение и высвобождая дьявола первобытных инстинктов.

Демидов сник. Гирин ласково погладил его по рукаву и пошел к себе.

Вернувшиеся полтора часа спустя Вера и Сергей застали его глубоко задумавшимся над одним из рисунков инженера-электрика: белым цветком, обвитым синей спиралью на фоне сплошной черноты.

163—164
48 139 Признаться, мне тоже не терпится, уж очень интересный наш Гирин, занятно, каков его выбор.

— Пошел хвастаться! Уверена, что не угадаешь. Я, быть может, по женской интуиции еще смогу.

Признаться, мне тоже не терпится, уж очень интересный наш Гирин, занятно, каков его выбор.

Сергей нахмурился, вдруг щелкнул пальцами и добавил:

— Удивляюсь я на скотскую тупость нашего начальства. Такие ученые, как Иван Родионович, очень нужны, прямо необходимы науке. Он — бездна знания, настоящий энциклопедист и всегда будет центром кристаллизации научных идей, всегда держать научную мысль на высоком уровне. Специальность его не имеет значения, ведь он не прямой изобретатель, а разгребатель огромной кучи бессмысленного набора фактов. Он прокладывает дороги сквозь эту кучу, за которой большинство просто не видит пути, а громоздит ее все выше.

— Ого, да ты соображаешь! — поглядела на студента с уважением Вера.

— А ты что думала, зря меня Иван Родионович позвал работать? — важно ответил юноша.

— Пошел хвастаться! Уверена, что не угадаешь. Я, быть может, по женской интуиции еще смогу.

165
49 143 — И мне нравится происходящее освобождение от лишней одежды, — отозвалась пожилая, почтенного вида дама — известный археолог. — И мне нравится происходящее освобождение от лишней одежды, — отозвалась пожилая стройная дама — известная балерина в прошлом. 170
50 144 А пока считаю, что мы, женщины, должны всегда склонять головы перед отвагой и высокой моралью наших физкультурниц тридцатых годов, смело появлявшихся в своих купальниках перед тогда еще непривычной, невоспитанной в отношении открытости тела толпой.

— Я очень люблю художницу Татьяну Шишмареву, — продолжала хозяйка.

А пока считаю, что мы, женщины, должны всегда склонять головы перед отвагой и высокой моралью наших физкультурниц тридцатых годов, смело появлявшихся в своих купальниках перед тогда еще непривычной, невоспитанной в отношении открытости тела толпой.

Боюсь, что далеко не все побеждено. Нам, женщинам, все еще приходится сталкиваться с рецидивами прежнего ханжества и дикого взгляда на наш пол, — возразила старая балерина. — Тем более удивительно, что ханжеское отношение к открытому телу вовсе не свойственно нам, русским. Еще смелее в этом отношении узбеки и другие народы нашей Азии, — посмотрите только на их великолепные танцевальные постановки. Мне кажется, это чье-то чужое влияние.

— Не знаю, насколько чужое, — вмешался Андреев, — а вот я замечал, и неоднократно, в любой телевизионной передаче, что стоит лишь начать демонстрировать [172] танец или в откровенном костюме, или чуть повилять бедрами, как операторы моментально оставят на экране танцовщице лишь голову и плечи, и танец тю-тю. Или переключат объектив, и фигурка станет с ноготок. Даже такую прелесть, как Мухабат Абдуллаева из ансамбля «Бахор» с ее великолепной фигурой, едва она начинает арабский танец...

— А ведь ты совершенно прав, Леонид, — согласилась Екатерина Алексеевна, — женщине — нельзя, хотя бы красивой, но в глазах телевизионщиков — неприличной. А вот когда мужики, одетые в какие-то хвосты или шкуры, виляют задами, выпячивают животы и дико вертят бедрами — пожалуйста, сколько угодно, как на показе гвинейского ансамбля. В том же ансамбле, чуть прехорошенькие девчонки начинают извиваться в танце, для женщины естественном, их сразу спрячут от телезрителей. Да что там, в бальных танцах, едва девушки начинают вращение и юбки естественно закручиваются, открывая бедра выше колен, так камера отворачивается в сторону, как стыдливый монашек...

— Это ты, Катя, заметила правильно — для женщины естественное. Именно для женщин извивание в танце и покачивание бедрами — движения естественные, а не специально эротические. Глубокая потребность развития внутренней мускулатуры для материнства, превращающаяся в наслаждение гибкостью и красотой собственного тела. Можете поверить старой балерине. А для мужчин подобные движения — несвойственны и потому некрасивы, неуклюже эротические. Однако хранители морали, ничего не понимая, переворачивают все наоборот, с ног на голову...

— Мне объяснял наш всеведущий Иван Родионович, — сказал Андреев, — что ханжество, непонятный нормальному человеку испуг перед женской красотой и смелостью, — это пережиток церковного отношения к женщине как к ведьме, злому началу... союзнице дьявола. Погодите минуту, — геолог принес старую книгу, нашел нужную страницу и прочитал: — «Женщина есть ехидна, и скорпион, и лев, и медведь, и василиск, и аспид, и похоть несытая, и неправдам кузнец, и грехам пастух, и вапыкательница. Скачет, пляшет, хребтом вихляет, бедрами трясет, головой кивает...» Тут еще много других комплиментов, расточавшихся женщине духовными пастырями старой России. Разве не одни и те же страхи господствуют [173] у нас на телевидении, в художнических комиссиях, в иллюстрациях книг?

— Постой, Леонид, ты прочел какое-то мудреное слово!

— Вапыкательница? От слова «вап» — краска. Иначе говоря, накрашенная.

— Что ж, здорово! Ничего не скажешь, похоже, — согласилась балерина, — я думаю, что наши охранители морали напугались Запада. Не поняли они, где эротика, естественное влечение к красоте и совершенству, а где мразь, как в коммерческих фильмах или фоторевю, где любая тощая девчонка, лохматая и некрасивая, может сниматься, лишь бы обнаженной, в дурацких сценах. Да ладно, видно, немало лет нам еще выбираться из муры к подлинно чистому отношению к женщине, красоте тела и танца! Бог с ними!

— Я очень люблю художницу Татьяну Шишмареву, — продолжала хозяйка.

171—173
51 147 — В заботе-то как мать! А кофточки у всех трех одинаковы!

Ничего не понимающий Андреев оглядел смутившуюся Евдокию, которая погрозила брату кулаком и выскочила за дверь. Заметив на груди Евдокии две аккуратные заплаты, Андреев уразумел смысл слов Селезнева. Твердые как дерево груди быстро протирали материю и у тридцатилетней вдовы и у обеих девчонок, одинаково полных здоровья.

— В заботе-то как мать! А кофточки у всех трех одинаковы!

Ничего не понимающий Андреев оглядел смутившуюся Евдокию, которая погрозила брату кулаком и выскочила за дверь.

176
52 150 — Захвалите тут в городе, совсем от рук отобьется, — буркнул Селезнев, скрывая довольную усмешку. — Захвалите тут в городе, совсем от рук отобьется, — буркнул Селезнев, скрывая довольную усмешку. — У нас до сих пор знали только, как определить, поспела ли девка для замужества и какая из них лучше. Бабы опытные и старухи заставляли девку бежать с горки, а сами смотрели — трясется у нее тело или крепко. Затем сажали на дубовую лавку на орехи. Ежели хрупнут — все в порядке. Не раздавятся — слаба!

— А знаешь, этот мудрый, хотя и жестокий, опыт отражает крепость прежних поколений, во всяком случае, — задумчиво согласился Андреев, — ничего нет жальче и страшнее детей с больной наследственностью. Сердце надрывается глядеть. Вот почему так заботились наши предки о правильном подборе брачующихся пар!

180
53 173 Было еще не время для постоянных юго-восточных ветров мыса Доброй Надежды, но и этот ветер явился отголоском могучей циркуляции атмосферы вокруг Атлантического материка. Было еще не время для постоянных юго-восточных ветров мыса Доброй Надежды, но и этот ветер явился отголоском могучей циркуляции атмосферы вокруг Антарктического материка. 204
54 178 — Есть еще одна беда, сказала Сандра. — Вы, мужчины, стали так усиленно торговать сексуальной красотой, что практически сделались асексуальными. Тогда вы стали бояться нас, женщин, из опасения импотентности, особенно эмоциональной. Она, кстати, встречается гораздо чаще, чем мы думаем. — Есть еще одна беда, сказала Сандра. — Вы, мужчины, стали так усиленно торговать сексуальной красотой, что практически сделались асексуальными. Тогда вы стали бояться нас, женщин. 210
55 179 Гости узнали, что недавно, лет шесть назад, известный ангольский охотник — венгр — убил здесь величайшего в мире слона, пяти метров высотой и двадцати тонн весом. Гости узнали, что недавно, лет шесть назад, известный ангольский охотник — негр — убил здесь величайшего в мире слона, пяти метров высотой и двадцати тонн весом. 212
56 184 — Молодежь ругают по всему миру, — пылко возразила Сандра, — это модно. Понять нас, конечно, труднее. Никому нет дела, что наше сознание раздваивается, раскалывается между грубой реальностью жизни, ее неумолимой жестокостью и той призрачной жизнью, доведенной почти до реальности искусством кино, литературы, театра или политической пропаганды...

— Хорошо, Сандра! — одобрил лейтенант Андреа.

Никому нет дела, что наше сознание раздваивается, раскалывается между грубой реальностью жизни, ее неумолимой жестокостью и той призрачной жизнью, доведенной почти до реальности искусством кино, литературы, театра или политической пропаганды... Что знает средний человек о красоте и многообразии нашей планеты, ее людей, обычаев, искусства, о великом созидательном труде на суше и на море, в горах и равнинах? Что знает он о губительных последствиях необдуманных попыток добыть больше, отдать меньше, об этом всевозрастающем в темпах разграблении природы. В одних случаях от него намеренно скрывают это многообразие, чтобы не дать ему почувствовать убожество собственной жизни. В других — тоже скрывают, стараясь спрятать неумелость хозяев общества и цивилизации.

— Хорошо, Сандра! — одобрил лейтенант Андреа.

217
57 184 А мы. Что ждем мы от жизни под прицелом ядерных, всеуничтожающих ракет, под угрозой истребления половины мира, которое обещает Китай? А мы? Что ждем мы от жизни под прицелом ядерных, всеуничтожающих ракет, под угрозой истребления половины мира, которое обещают безумцы? 218
58 196 — Но все равно вы внутри трехмильной полосы, следовательно, нарушили границу! — Но все равно вы около трехмильной полосы, следовательно, могли нарушить границу! 231
59 196 — Верблюжий патруль на подходе, сэр! — крикнул в мегафон вахтенный офицер. — Только что принята радиограмма с «ХА-151»... — Верблюжий патруль на подходе, сэр! — крикнул в мегафон вахтенный офицер. — Только что принята радиограмма... 232
60 202 — Опомнитесь, вы, офицер ее величества! — послышался четкий голос Сандры. — Опомнитесь, вы, офицер! — послышался четкий голос Сандры. 240
61 215 Дважды пережившая крушение мечты и надежд на независимость, на право своего пути, первый раз при попытке сделаться университетским работником-исследовательницей и второй — в роли неудавшейся кинозвезды. Сандра приобрела горький опыт с изрядной долей цинизма. Но природная романтичность, свойственная здоровой душе и сильному телу, всегда брала верх, порождая предчувствие утешения, нового поворота жизни, на сей раз не обманчивого, а настоящего. Такое ощущение хорошего будущего стало уже привычным во время путешествия и вдруг оборвалось!

Рассыпалась компания хороших людей, и предстоящее плавание с Флайяно уже ничего не обещало. В довершение всего Флайяно, чувствовавший отдаление Сандры, стал донимать ее ревнивой страстью. Сандра понимала желание своего возлюбленного утвердить свое мужское право, подчеркнуть ее безраздельную принадлежность себе — обладателю многих красивых вещей. Желание, вызванное только ревностью.

И сегодня восторженным чутьем собственника Флайяно угадал тоску Сандры, как только они вернулись с бала.

Дважды пережившая крушение мечты и надежд на независимость, на право своего пути, первый раз при попытке сделаться университетским работником-исследовательницей и второй — в роли неудавшейся кинозвезды. Сандра приобрела горький опыт с изрядной долей цинизма. Там все, что относилось к любви, обозначалось лишь грязными словами, а самым распространенным чувством была завистливая ненависть, двигавшая всех и вся внутри этого обманного мирка. Но природная романтичность, свойственная здоровой душе и сильному телу, всегда брала верх, порождая предчувствие утешения, нового поворота жизни, на сей раз не обманчивого, а настоящего. Такое ощущение хорошего будущего стало уже привычным во время путешествия и вдруг оборвалось!

Рассыпалась компания хороших людей, и предстоящее плавание с Флайяно уже ничего не обещало. В довершение всего Флайяно, чувствовавший отдаление Сандры, стал донимать ее ревнивой страстью. Сандра понимала желание своего возлюбленного утвердить свое мужское право, подчеркнуть ее безраздельную принадлежность себе — обладателю многих красивых вещей. Желание, вызванное только ревностью. В Древней Элладе половую любовь считали даром богов, в Индии — вознесли до молитвенного служения. А мы, европейцы, унизили ее до похабного дела, о котором слюнявые юнцы пишут на стенах общественных уборных, а импотенты стараются представить ее простым инстинктом воспроизведения, равным любому скоту.

И сегодня восторженным чутьем собственника Флайяно угадал тоску Сандры, как только они вернулись с бала.

255
62 224 Или гибели от жажды более верной, чем в пустыне. Голод — вот что мне страшно! Или гибели от жажды более верной, чем в пустыне. 266
63 224 И если мы не решим задачи с городами и транспортом, то вся наша цивилизация полетит к черту, породив поколения людей, негодных для серьезной работы, в чем бы эта работа ни заключалась!

— Положительно, вам надо писать, Сандра, — взволнованно сказал лейтенант.

И если мы не решим задачи с городами и транспортом, то вся наша цивилизация полетит к черту, породив поколения людей, негодных для серьезной работы, в чем бы эта работа ни заключалась! За городскую жизнь к человеку приступают четыре неминуемые расплаты. За безделье, малость личного труда — шизофрения, за излишний комфорт, леность и жадную еду — склероз, инфаркт, за переживание срока, на какой рассчитан наследственностью данный индивид, — рак, за деторождение как попало, за беспорядочные браки по минутной прихоти, за безответственность в таком важнейшем вопросе, как будущность собствен[267]ных детей, — расплата — плохая стойкость детей к заболеваниям, наследственные болезни, кретинизм, уменьшение умственных и физических сил потомства.

— Положительно, вам надо писать, Сандра, — взволнованно сказал лейтенант.

266—267
64 224 Сандра изменилась за время своего бегства с яхты. Сейчас, в простом светло-терракотовом платье с узором из игольчатых золотистых молний, с широкой юбкой, Сандра казалась юной студенткой, впервые вылетевшей из родного гнезда в далекое путешествие. Сандра изменилась за время своего бегства с яхты. Сейчас, в простом светлотерракотовом платье с узором из игольчатых золотистых молний, с широкой юбкой, Сандра казалась юной студенткой, впервые вылетевшей в далекое путешествие из родного гнезда. 267
65 250 — Если по дороге, спасибо. Это очень кстати. — И девушка вдруг улыбнулась, совсем изменившись. С нее сдернулось покрывало внешней деловой независимости, и перед молодым человеком предстала прозрачно-мечтательная, ласковая и грустная девушка с картин Борисова-Мусатова.

Ивернев повел свою спутницу направо, к стоянке такси.

— Почему кстати? — спросил он, усаживаясь и захлопывая дверцу.

— Если по дороге, спасибо. Это очень кстати. — И девушка вдруг улыбнулась, совсем изменившись. Сдернулось покрывало внешней деловой независимости, и она стала мечтательная, ласковая и грустная.

Ивернев повел свою спутницу направо, к стоянке такси.

— Почему так кстати? — спросил он, усаживаясь и захлопывая дверцу.

294
66 250 «Странно, я никогда не замечал здесь этого барельефа», — подумал Ивернев и решил, что если девушка направится в этот красивый старый дом, то... «Странно, я никогда не замечал здесь этого барельефа», — подумал Ивернев и решил, что если девушка направится в этот интересный старый дом, то... 294
67 264 Легенда говорит о том, что царь излечился от тоски по Элладе и от любви к Таис — знаменитой греческой гетере, сопровождавшей царя во всех его походах. Легенда говорит о том, что царь излечился от тоски по Элладе и от любви к Таис — знаменитой греческой гетере, сопровождавшей царя в его походах. 308
68 264 При разделе царств Неарх — один из сверстников Александра, рожденный в горах Крита, молчаливый воин и непобедимый пловец — унаследовал флот, тот самый огромный флот с тысячами людей, который был подготовлен по мысли Александра для колонизации индийских земель. При разделе царств Неарх — один из сверстников Александра, рожденный в горах Крита, молчаливый воин и непобедимый пловец — унаследовал флот, тот самый огромный флот с тысячами людей, который был подготовлен по мысли Александра для колонизации аравийских земель. 308
69 285 — Мужчины, парни, ребята, в общем сильный и малость одичалый пол. — Мужчины, парни, ребята, в общем малость одичалый пол. 330
70 288 — Но ведь сейчас, кажется, законы куда более мудрые, чем при сталинской мании видеть повсюду изменников, уже продавшихся и готовых продаться! Так чего же бояться? — Но ведь, кажется, сейчас законы куда более мудрые. Так чего же бояться? 332
71 304 Еще позднее люди поняли, что они ничего не творят и не превращают, а просто видят.

Вспомни место из Махабхараты, где говорится о появлении «мужеством добытой Урваши» — в нем, как в зеркале, отражено представление о цели и смысле живописи в древности.

Еще позднее люди поняли, что они ничего не творят и не превращают, а просто видят.

Может быть, я огорчу тебя, но я глубоко убежден, что ничего совершеннее природы в красоте создано быть не может. Она, создавая совершенство, отбирала миллионы лет, а художник, даже взявший труд предшественников, — один миг, в сравнении с историей мира. Однако, будучи микрокосмом, отражающим в себе вселенную, он может выбрать из Шакти — Бесконечности Форм, любые, ему нужные. Искажать же их, фокусничая наподобие западных глупцов, — плутовство или безумие. Вспомни место из Махабхараты, где говорится о появлении «мужеством добытой Урваши» — в нем, как в зеркале, отражено представление о цели и смысле живописи в древности.

350
72 306 Разве не очевидно, что путь выражения отдельных индивидуальных, случайных черт должен был с неизбежностью привести к тому чудовищному искажению реальности, какой выражен в абстрактной скульптуре Запада и наших его последователей!

Гуру умолк.

Разве не очевидно, что путь выражения отдельных индивидуальных, случайных черт должен был с неизбежностью привести к тому чудовищному искажению реальности, какой выражен в абстрактной скульптуре Запада и наших его последователей! Невыносимая ностальгия от разобщения с природой толкает людей на украшение окружающих их стен. Стеновая орнаменталистика и породила абстрактную живопись. Жизнь среди машин заставила скульпторов отказаться от неисчерпаемых черт прекрасного в природе и перейти к конструированию скульптур из металлических частей, превращая образ живого в некое подобие машины. Они забыли или не знали, что машина создана для работы, только работающая, она может отвечать нашему эстетическому чувству. Мертвая конструкция в самой основе скелетна и безобразна.

Гуру умолк

353
73 309 Храм шестидесяти четырех йогиней в Бхерагхате, Бхархут, Гиараспур, на юго-запад от Кхаджурахо — все это посетил Даярам, прежде чем он пересек мутную речку Кхудар и подъехал на дряхлой машине к широкой, пыльной лесостепной равнине, где расположились тридцать храмов Кхаджурахо. Храм шестидесяти четырех йогиней в Бхерагхате, Бхархут, Гиараспур, на юго-запад от Кхаджурахо — все это посетил Даярам, прежде чем он пересек мутную речку Кхудар и подъехал на дряхлой машине к широкой, пыльной лесостепной равнине, где расположились тридцать храмов Кхаджурахо, построенных во времена могучих царей Чанделла. 357
74 309 Пирамидальный храм Кандарья-Махадева, устремленный в небо ракетой, казался невероятно высоким, хотя поднимал венец своей разрезной башни — сикхары на высоту всего сорока метров.

Светло-желтый, солнечный песчаник, слагающий стены храма, остался нетронутым в углублениях и нишах, а все выступы почернели от прошедших десяти веков.

Пирамидальный храм Кандарья-Махадева, устремленный в небо ракетой, казался невероятно высоким, хотя поднимал венец своей разрезной башни — сикхары на высоту всего сорока метров. Глубоко врезанный геометрический узор на сикхаре под слепящим солнцем создавал впечатление движущейся, клубящейся массы черных и белых изломов.

Светло-желтый, солнечный песчаник, слагающий стены храма, остался нетронутым в углублениях и нишах, а все выступы почернели от прошедших десяти веков.

357
75 310 Солнце уже садилось на пыльной равнине, когда Даярам подошел к храму Вишванатха, которому суждено было сыграть такую большую роль в его судьбе.

Построены в 1002 году нашей эры, храм Вишванахта отличался особенно тонкой отделкой.

Солнце уже садилось на пыльной равнине, когда Даярам направился в [358] самый северо-восточный угол ограды западной группы храмов, пересек старую дорогу из деревни в Лайлуан и подошел к храму Вишванатха, чья высокая, в шесть метров адхистхана — платформа выходила прямо к автомобильной дороге в Раджанагар. Этому древнему святилищу, построенному в 1002 году великим царем Дхангой, было суждено сыграть такую большую роль в жизни Даярама. Вишванатха отличался особенно тонкой отделкой. 357—358
76 311 Десять веков простояли эти солнечные изваяния перед взорами множества поколений, и еще бесконечно долгие годы они будут изумлять тех, которые еще придут, волнуя и возвышая их великолепной красотой человека!

Одна сурасундари во внутренней галерее святилища глубоко потрясла молодого художника. Небесная танцовщица была изваяна на узкой пилястре, разделявшей две ниши, заполненные скульптурами сардул. Такое чередование скульптур проходило по всему святилищу, затемненному и таинственному, но эта апсара была совершенством выше всех остальных.

Сардулы — мифические животные, похожие на рогатых львов, заполняли все ниши храма Вишванахта, на наружном и внутреннем поясах скульптур. Сардулы считались символом Шакти — активной силы природы.

Десять веков простояли эти солнечные изваяния перед взорами множества поколений, и еще бесконечно долгие годы они будут изумлять тех, которые еще придут, волнуя и возвышая их великолепной красотой человека!

На консолях внутри святилища некогда были восемь статуй апсар, из которых уцелела только одна. Эта сурасундари глубоко потрясла молодого художника. Небесная танцовщица была изваяна на узкой пилястре, разделявшей две ниши, заполненные скульптурами сардул.

Сардулы — мифические животные, похожие на рогатых львов, считались символом Шакти — активной силы природы.

359
77 314 Даярам спустился по узкой боковой лестнице к небольшому павильону между храмами Махадевы и Кали, стоявших на общей платформе. Даярам спустился по узкой боковой лестнице к небольшому павильону между храмами Махадевы и Деви Ягадамба, стоявших на общей платформе. 361
78 317 Рамамурти так живо описал эту статую с широко раскинутыми руками, гордо поднятой головой и очень высокой, словно рвущейся вперед грудью, придавшей всей фигуре ощущение полета, что Тиллоттама увидела ее круглое лицо с узкими, длинными глазами, маленьким полногубым ртом и знаком огня между четкими бровями...

Даярам рассказывал о великолепной Врикшаке — нимфе дерева, о чете летящих гандхарвов необыкновенного изящества в Гвалиорском музее, о статуе женщины с чашей в музее Бенареса, принадлежащей матхурской школе и очень похожей на участницу элевзинских празднеств Эллады, о древнейших статуях якши в Матхурском музее.

Заметив взгляд, брошенный Тиллоттамой на плоские золотые часики, Даярам сказал...

Рамамурти так живо описал эту статую с широко раскинутыми руками, гордо поднятой головой и очень высокой, словно рвущейся вперед грудью, придавшей всей фигуре ощущение полета, что Тиллоттама увидела ее круглое лицо с узкими, длинными глазами, маленьким полногубым ртом и знаком огня между четкими бровями...

Йогиня-ведьма, спутница Кали, обычно ассоциируется с рыжеволосой женщиной, которая берет себе любовников из смертных, но убивает их в жертву черной Дурге. Это очевидный отголосок каких-то чрезвычайно древних и темных тантрических обрядов матриархата.

Даярам рассказывал о великолепной Врикшаке — нимфе дерева, о чете летящих гандхарвов необыкновенного изящества в Гвалиорском музее, о статуе женщины с чашей в музее Бенареса, принадлежащей матхурской школе и очень похожей на участницу элевзинских празднеств Эллады, о древнейших статуях якши в Матхурском музее.

Даже здесь, вот там к северу, есть загадка — в храме Сурья, построенном Читрагуптой, статуя бога в святилище изображена в высоких сапогах, которые носили только древние пришельцы — арии.

Заметив взгляд, брошенный Тиллоттамой на плоские золотые часики, Даярам сказал...

364
79 320 — Повелитель Шива! Так вот откуда ваша свободная независимость! А я думал, что вы дочь магараджи!

Очень вы все знаете! И в то же время ничего не знаете.

— Знаю, — заупрямился Даярам.

— Повелитель Шива! Так вот откуда ваша свободная независимость! А я думал, что вы дочь магараджи!

— Вы все знаете! И в то же время совсем мало.

— Знаю, — заупрямился Даярам.

368
80 323 Раздевшись до набедренной повязки, он отважно лазил по карнизам храма Кандарья-Махадева, на десятиметровой высоте, изучая пояс изваяний. Его уединение было нарушено гулом машин, криками людей и смрадом двигателей. Раздевшись до набедренной повязки, он отважно лазил по карнизам храма Кандарья-Махадева, на десятиметровой высоте, изучая все 626 статуй трех наружных поясов скульптур и 226 внутри храма. Изваяния уже казались ему старыми знакомыми, и, странное дело, несмотря на то, что их размеры не превышали половины нормального роста человека, они не теряли величия и спокойной серьезности. Даже в эротических сценах — майтхунах, это серьезное достоинство отбрасывало всякую непристойность. Его уединение было нарушено гулом машин, криками людей и смрадом двигателей. 371
81 323 Он пробрался по тропинке мимо храма Кали, и скоро Вишванатх навис над ним своей высокой сикхарой, залитой лунным светом. Удивительное, гнетущее молчание исходило от стен, еще отдававших накопленный за день жар солнца.

Сандалии производили неприятный шум. Рамамурти сбросил их на лестнице и поднялся на платформу босой.

Он пробрался по тропинке мимо храма Деви, и скоро Вишванатх навис над ним своей высокой сикхарой, залитой лунным светом. Удивительное, гнетущее молчание исходило от стен, еще отдававших накопленный за день жар солнца.

Сандалии производили неприятный шум. Рамамурти сбросил их на лестнице и поднялся на платформу босой по южному боковому входу между статуями слонов.

372
82 324 Едва дыша от восхищения, Рамамурти перебежал к группе статуй на стене за углом.

Так вот какую еще тайну хранили изваяния великих скульпторов!

Едва дыша от восхищения, Рамамурти перебежал к группе статуй на стене за углом, заглядывая в удлиненные глаза [373] под тонкими линиями сходящихся бровей, чуть хмурых, соответствующих серьезному очерку полногубых ртов.

Так вот какую еще тайну хранили изваяния великих скульпторов!

372—373
83 325 Танцовщица остановилась, оглянулась. Не успел Рамамурти опомниться, как легкое дуновение ее губ погасило светильники. Танцовщица остановилась, замерев на месте. Медленно, будто во сне, она сделала два шага к прямоугольному выступу небольшого древнего алтаря и так же медленно опустилась на колени, склонив голову и высоко подняв руки. Ее тело струилось — так плавны и незаметны были движения. Полушепотом, на чистейшем санскрите, танцовщица произнесла не то молитву, не то заклинание, и слова ее поразили Даярама не меньше, чем танец. Она молила богов о всех, таких, как она, жертвах на алтаре любви. Тех, с горячей кровью и сильным телом, которых оскорбляли и обманывали без счета и меры, снова и снова, топча достоинство, веру, стремление к светлой жизни... Не успел Рамамурти опомниться, как легкое дуновение ее губ погасило светильники. 375
84 326 Тиллоттама, как ожившая апсара-сурасундари, неотступно стояла в его памяти, такая же наполненная пламенем жизни, как и во мраке виманы Вишванатха.

Сигарета не охладила его пылающую голову.

Тиллоттама, как ожившая апсара-сурасундари, неотступно стояла в его памяти, такая же наполненная пламенем жизни, как и во мраке виманы Вишванатха. Читрини — картинная женщина, в древних канонах красоты. Это не буквальный перевод, так как одновременно означает и подругу художника, и его модель, и женщину, послужившую для изваяний апсар и других богинь на стенах храмов, особенно для эротических религиозных изображений. «Ее твердые груди близко и высоко посажены... — начал цитировать Даярам, — ее тело пахнет медом, а талия тонка, как у осы... Ее лицо ясно и спокойно... она быстро приходит в экстаз, любит сложные любовные игры и позы — отсюда отчасти и ее название, потому что все скульптуры майтхун в храмах связаны с этим типом женщины».

Сигарета не охладила его пылающую голову.

376
85 332 — А потом я стала старше, и меня учила другая — мусульманка откуда-то из Северной Африки. Тоже танцам — только другим... — А потом я стала старше, и меня учила другая — мусульманка откуда-то из Северной Африки. Тоже танцам — только другим... арабским... 384
86 341 Вы позволите, я к чаю добавлю себе двойного. — Трейзиш придвинул широкую рюмку.

Рамамурти испытывал странное возбуждение и раздражение.

Вы позволите, я к чаю добавлю себе двойного. — Трейзиш придвинул широкую рюмку.

Я знаком с вашими поговорками и преданиями, — продолжал Трейзиш, — например, шесть обязанностей жены: в работе — слуга, в разговоре — мудрец, в красоте — Лакшми, в стойкости — как Земля, в заботе — мать, в постели — блудница.

[395]

— Что вы этим хотите сказать? — прервал его Даярам.

— Ничего, если вы не поняли, что я воспевал качества, знакомые мне в индийской женщине.

— И какое же из них вы находите самым важным?

— Я — таоист и часто прибегаю к лекарству Трех Гор, чтобы снимать нервное напряжение...

Даярам не понял хозяина, хотя по гадкой его усмешке догадался, что он чем-то порочит Красу Ненаглядную.

Рамамурти испытывал странное возбуждение и раздражение.

394—395
87 343 Нельзя разрешить чистого и здорового сексуализма потому, что вы моментально перевернете его в грязное потакание низменным инстинктам. Нельзя разрешить чистого и здорового эротизма потому, что вы моментально перевернете его в грязное потакание низменным инстинктам. 398
88 351 Плотно закутан ты в покрывало Майи и оттого так остро и ярко чувствуешь все изгибы, все краски этого покрывала. Змей Кундалини — средоточие сильной плоти вначале был под властью твоих исканий, но Карма оказалась несовершенна. Воздаяние пришло через избранный тобою путь — творчество плотской красоты, воплощение всей силы Майи в образе женщины. В этом была твоя победа над Кундалини, отличие твоего восхищения женщиной от простого вожделения. Но здесь же рядом и твоя слабость! Творчество стало любовью, любовь — страстью. Змей Кундалини развернулся во всю мощь, и страсть вместо счастья любви отравила тебя ужасной ревностью.

Витаркананда остановился.

Плотно закутан ты в покрывало Майи и оттого так остро и ярко чувствуешь все изгибы, все краски этого покрывала. Витаркананда остановился. 407
89 352 Вот почему удивляют, а часто и возмущают пришельцев Запада наши идеалы веселой и здоровой чувственности, выраженные в изваяниях и фресках древних храмов.

Витаркананда встал и перегнулся через парапет башни, чтобы рассмотреть далеко внизу долину Нубры.

Вот почему удивляют, а часто и возмущают пришельцев Запада наши идеалы веселой и здоровой чувственности, выраженные в изваяниях и фресках древних храмов.

Только наш народ мог создать чудесную легенду, за[408]писанную в Брахмавайварта-пуране вишнуистов. Кришна рассказывает своей Радхе о том, как апсара Мохини влюбилась в Брахму. У вечно юной Мохини было все, чем прекрасна женщина: широкие бедра, высокая грудь, круглый крепкий зад, стройная шея и громадные глаза, а волосы ее, черные как ночь окутывали ее густым покрывалом. Тончайшее золотистое сари не скрывало ни одного из ее достоинств, а один взгляд мог приковать к ее прекрасному лицу всех обитателей трех миров. И Мохини загорелась неистовой страстью к Брахме, но он не заметил ее, погруженный в раздумье, и прошел мимо. Мохини была в отчаянии, перестала есть, забыла всех любовников, только и думала о Брахме. Подруга ее, тоже прекраснейшая из апсар, Рамбха, посоветовала упросить бога любви и страсти Каму помочь Мохини. Кама привел ее на небо Брахмы, и она очаровала его. Однако он быстро охладел и удалил от себя апсару, пытаясь ее уговорить отказаться от любви. Мохини молила его не отвергать ее, но Брахма сказал, что углублен в созерцание глубин мира и Мохини его не интересует. Тогда апсара разгневалась и прокляла Брахму за то, что он высмеял ее, когда она искала у него прибежища любви. Мохини возвестила Брахме, что его теперь не будут почитать, как других богов. И действительно, высший бог Тримурти не пользуется в Индии до сей поры таким почитанием, как многие, даже низшие в пантеоне божества.

Брахма, под впечатлением проклятия апсары, пришел к Вишну, и тот сильно порицал его. Он указал Брахме, что, зная Веду, ему должно быть известно, что он совершил преступление, худшее, чем убийца. Женщины есть пальцы природы и драгоценности мира. Мир Брахмы должен быть миром радости, а он зачем-то укротил свою страсть. Если женщина воспылает любовью к мужчине и придет к нему, мечтая отдаться, то он, даже не испытавший к ней прежде страсти, не должен отвергать ее. Иначе он навлечет на себя несчастья в этом мире, а после смерти подвергнется карам испорченной Кармы во многих будущих жизнях. Мужчину не осквернит связь с женщиной, добровольно ищущей его любви, даже если она замужем или легкого поведения. И Вишну приказал Брахме долго каяться в окружении грешников и подверг его многим испытаниям. Эта легенда, должно быть, создана теми, кто покрывал изваяниями любви и красоты наши древние храмы, и также не понята людьми Запада. [409]

Витаркананда встал и перегнулся через парапет башни, чтобы рассмотреть далеко внизу долину Нубры.

407—409
90 352 — Чем больше будет твоя любовь, тем сильнее обовьет твою душу змей Кундалини, тем злее станет ревность. Бороться с этим можешь только ты сам. Или долгими усилиями переплавить все древнее в твоей душе в железную дисциплину Раджа-йоги... — Гуру на минуту задумался. — Чем больше будет твоя любовь, тем сильнее обовьет твою душу змей Кундалини, тем злее станет ревность. Бороться с этим можешь только ты сам. — Гуру на минуту задумался. 409
91 354 Весенняя погода Тибета очень изменчива, и даже сейчас, в мае, наступило внезапное похолодание. Весенняя погода Тибета очень изменчива, и да[411]же сейчас, в мае, наступило похолодание. 410—411
92 360 Потом его измучила музыка, начинавшаяся тихим перебором струн вины или негромкой песней из отдаленного конца темницы. Потом его измучила музыка, начинавшаяся таким перебором струн вины или негромкой песней из отдаленного конца темницы. 418
93 366 Невольный стон вырвался из стиснутых челюстей Даярама.

— Хорошо! — одобрил гуру. — Теперь это.

Невольный стон вырвался из стиснутых челюстей Даярама.

Что это за средство? — едва спросил он.

— Всего лишь настойка одного гималайского кустарника, известная уже много веков в книге тибетской меди[425]цины Жуд-Ши, которая всего лишь перевод нашей Аюр-Веды, — сказал гуру, пристально следя за поведением ученика. — Хорошо! — одобрил гуру. — Теперь это.

424—425
94 366 Знай, кому и зачем ты делаешь добро! Художник слушал учителя, склонив голову... Знай, кому и зачем ты делаешь добро!

Помни, что я тебе говорил о порогах. Никогда не переступай их, ни порога бессмысленности, ни познания, которое превращается в тупое нагромождение фактов, ни других порогов, которые мы часто переступаем в обычной жизни, гонясь за дешевкой, едой, пошлым удовольствием смеха, бесполезной умственной игры и так далее. Тебе следует особо опасаться порога низкой чувственности.

Художник слушал учителя, склонив голову...

425
95 371 Для познания же самого человека Тантры сделали огромный шаг вперед, признавая существование в его теле огромных дремлющих сил, присущих человеку, а не даваемых ему свыше божеством. Главная из этих сил, которую мы можем отождествить с силами пола, называется Кундалини, лежит дремлющей в теле в виде свернутого кольцами змея. Это — сама Шакти — энергия природы и пробуждение ее — ведет к тому, что у человека появляются громадные силы и способности. В этом тантрические учения смыкаются с хатха-йогой, которая отсюда и вышла.

— Я хочу обратить твое внимание на одно место из Рудраямала-Тантра...

Для познания же самого человека Тантры сделали огромный шаг вперед, признавая существование в его теле огромных дремлющих сил, присущих человеку, а не даваемых ему свыше божеством. Шакти — энергия природы и пробуждение ее — ведет к тому, что у человека появляются громадные силы и способности. В этом тантрические учения смыкаются с хатха-йогой, которая отсюда и вышла. После того как ты дойдешь до третьей ступени посвящения на пути Тантр, ты примешь участие в обряде Шри-Чакра — отрешенном от всего поклонения Шакти в образе обнаженной женщины.

— Я видел такой образ, учитель. И знаю теперь, что могу уже сейчас участвовать в Шри-Чакра.

— Это та, твоя Тиллоттама?

— О, если бы моя! — неистово вырвалось у Даярама.

— Вот в этом и есть главная опасность! Ты не готов! Даярам виновато опустил голову. Йог улыбнулся:

— Я хочу обратить твое внимание на одно место из Рудраямала-Тантра...

431
96 371 — Но смогу ли одолеть этот путь, учитель? Я, обыкновенный человек обычной судьбы?

Я чувствую, что сможешь. Два стержня скрепляют твою душу — любовь и стремление к красоте.

— Но смогу ли одолеть этот путь, учитель? Я, обыкновенный человек обычной судьбы?

Ты, как художник, неспособен отречься от мира настолько, чтобы обращаться к абсолютному богу. Но ты можешь достигнуть самых высших степеней познания через женское воплощение души природы — Шакти, конкретную, осязаемую. Два стержня скрепляют твою душу — любовь и стремление к красоте.

432
97 372 — Только помни, — закончил Витаркананда, — Шораши-Пуджа можно повторять не один раз. Но если во время обряда ты упадешь с лезвия ножа, то будешь отдан на растерзание низким чувствам. Расскажи ей все, ничего не скрывая. Тогда она будет тебе верной помощницей. Помни! — Только помни, — закончил Витаркананда, — Шораши-Пуджа можно повторять не один раз. Но если во время обряда ты упадешь с лезвия ножа, то будешь отдан на растерзание безумию чувств. Человек потерял много силы и выносливости, перестав быть животным и начав руководиться разумными побуждениями. В первобытной жизни и отборе наши предки накопили очень много энергии, частично еще сохранившейся в организме, но в обычных условиях остающейся без употребления. Эта огромная мощь называется Кундалини и хранится в основании позвоночника в яйцевидной капсуле «Канда», в виде змеи, свернувшейся кольцами в три с половиной оборота. Три кольца змеи — три состояния энергии: положительная, отрицательная и нейтральная. Добавочные пол-оборота означают, что змеиная сила всегда готова перейти из латентного состояния в динамическое.

С незапамятных времен змея — это символ пола. Действительно Кундалини тесно связана с половым влечением, возникающим из потока змеиной силы. Тантры учат пробуждению Кундалини через половое соединение. Путь йоги диаметрально противоположен. Она учит, что половое влечение должно быть подавлено до полнейшего отрицания физической любви. Через это давление на Кундалини будет настолько сильным, что змеиная сила пробудится. И то и другое направление — небезопасно. Каждое учение — лишь половина единого целого, когда змея становится символом мудрости. Подлинное высвобождение Кундалини происходит лишь через разум, но этот путь лишь для особо одаренных, путь Раджа йоги.

[433]

Древние йогины через Раджа йогу добыли поразительное знание человеческого организма. Они внутренне «видели» и «чувствовали» все главные кровеносные сосуды, лимфатические пути и нервы. Они открыли существование «Нади», или психических каналов, через которые проявляется Кундалини. Они открыли жизненно важные нервные центры, или чакрамы, с очень древних времен и, верные духу нашего народа, использовали их для подъема духовных сил человека.

Буддийские странствующие монахи, которым вера запрещала носить оружие, использовали знание чакрамов для самозащиты. Японцы, получив это знание через Китай, применили его для власти. Семь смертоносных, парализующих или болевых «точек нажима», в точности соответствующих индийским чакрамам, изучаются в Атемиваса — секретной части дзю-до. Когда освобождаемая Кундалини поднимется от крестца по всем чакрамам и достигнет седьмого Центра Тысячи Лепестков, смыкаются женская и мужская ее половина и возникает сверхсознание, превращающее искателя в самого могущественного из йогов — Раджа йога.

Я думаю, что тебе, как художнику, возможен лишь путь Тантры. Однако помни, что Кундалини свернулась подобно пружине и змея всегда готова к укусу. Она уже отравила тебя ужасной ревностью, и можешь пострадать еще хуже, лишившись рассудка. Расскажи ей все, ничего не скрывая. Тогда она будет тебе верной помощницей. Помни!

432—433
98 384 Флакон — на двадцать таких «выстрелов», а вот тебе еще два запасных. Разве плохо? Возьми, пригодится!

Даярам вспомнил слова гуру...

Флакон — на двадцать таких «выстрелов», а вот тебе еще два запасных. Разве плохо? Возьми, пригодится!

Мусульмане говорят: «Последнее лекарство — огонь, и последняя хитрость — меч!»

Даярам вспомнил слова гуру...

448
99 387 39-22-43 при росте 162 по нашему европейскому счету, или пять футов пять дюймов на американский лад, — уверенно заявил Чезаре. 40-24-46 при росте 162 по нашему европейскому счету, или пять футов пять дюймов на американский лад, — уверенно заявил Чезаре. 451
100 396 — То-то ты жаловалась, что не можешь больше здесь ходить на пляжах в купальнике под жаркими взглядами индийцев, потому что это всё равно что идти голой!

Да, гадкое чувство! Милые индийские спортсменки, каким мужеством надо обладать им!

— Положим, самые обычные прозрачные сари нисколько не лучше твоего купальника, — возразила Леа

— То-то ты жаловалась, что не можешь больше здесь ходить на пляжах в купальнике под жаркими взглядами индийцев, потому что это всё равно что идти голой!

Как же они не боятся смотреть на вас? — ухмыльнулся Чезаре.

— А почему им бояться? — насторожилась Сандра, предчувствуя подвох.

— Вот этой медной рыжины. По старинным индийским поверьям, рыжеволосая женщина может оказаться йогиней-ведьмой и убить своего возлюбленного.

— Хотела бы я так, — помолчав, сказала Сандра. Леа сделала Чезаре страшные глаза — не болтай лишнего.

— Положим, самые обычные прозрачные сари нисколько не лучше твоего купальника, — продолжала Леа

462
101 400 — Что значит «сандерберд»? — спросила Леа у Сандры, которую Трейзиш усадил рядом с собой.

— «Громовая птица», одна из моделей Форда.

— Что значит «сандерберд»? — спросила Леа у Сандры, которую Трейзиш усадил рядом с собой.

— «Буревестник» — одна из моделей Форда.

467
102 401 — Вы сказали какую-то гадость? — вступилась Леа. — Почему вы всегда дразните Тиллоттаму?

Трейзиш, поклонившись, сказал Леа:

— Позвольте предложить вам руль, дорогая?

— Вы сказали какую-то гадость? — вступилась Леа. — Почему вы всегда дразните Тиллоттаму?

Мне кажется, вы не только дразните, но обижаете Тиллоттаму, — сказала Сандра, стараясь чем-то унизить его. — Берегитесь, так выходит наружу скрытая вина или неполноценность!

Трейзиш побагровел до края воротничка, врезавшегося в плотную шею, и повернулся к Леа с преувеличенным поклоном:

— Позвольте предложить вам руль, дорогая?

468
103 401 «Громовая птица» плавно взяла с места, быстро набирая скорость. «Буревестник» плавно взял с места, быстро набирая скорость. 468
104 403 Когда запыхавшийся, вспотевший Чезаре догнал обоих друзей, он забыл в горячке погони и волнения все нужные слова и мог только бормотать «уэйт, уэйт, тзер...», показывая на группу пальм в отдалении. Когда запыхавшийся, вспотевший Чезаре догнал обоих друзей, он забыл в горячке погони и волнения все нужные слова и мог только бормотать «уэйт, уэйт, тзер, тзер...», показывая на группу пальм в отдалении. 472
105 410 Все идет превосходно, Сандра, дорогая! Как приятно сознавать себя добрым волшебником! Все идет превосходно, Сандра, дорогая! Как приятно мнить себя добрым волшебником! 480
106 439 Тени животных, известных Иннокентию Ефимовичу лишь по картинкам: слонов, носорогов, гигантских кошек, — возникают и исчезают, то в одиночку, то целыми скопищами.

Есть основание думать, что здесь мы имеем дело с очень редким случаем проявления подсознательной памяти, «мемори оф дженерейшиз»...

Тени животных, известных Иннокентию Ефимовичу лишь по картинкам: слонов, носорогов, гигантских кошек, — возникают и исчезают, то в одиночку, то целыми скопищами.

Наш знаменитый этнограф и писатель Тан-Богораз еще раз в 1923 году в книге «Эйнштейн и религия» пророчески заявил, что сновидения о прошлом могут относиться даже к палеолиту, потому что в их возникновении участвуют древние структуры мозга, сохранившие отпечатки прошлых времен.

Есть основание думать, что здесь мы имеем дело с очень редким случаем проявления подсознательной памяти, «мемори оф дженерейшиз»...

511
107 439 Лишь в особых случаях и, вероятно, только у человека она может прорваться в сознание с возможностью раскодирования ее в мыслеобразах...

— Вы хотите что-то спросить?

Лишь в особых случаях и, вероятно, только у человека она может прорваться в сознание с возможностью раскодирования ее в мыслеобразах...

В очень древние времена египтяне, а позднее индийцы уже знали о сложном устройстве и глубине человеческой психики, чему мы, европейцы, до сей поры не можем научиться, даже в двадцатом веке, когда Фрейд опримитивизировал психику человека, придав ей плоскую конструкцию из инстинктов моллюска.

Египтяне считали, что душа человека состоит из семи различной сложности отделов. Из них назову Ка, или душу тела — его рефлексологию, Ба — душу дыхания или инстинктов, Кхабу, или тень тела, Акху — сумму чувств в восприятии разума и, наконец, то, что имеет для нас сейчас наибольший интерес, — Себ, пятая душа, наследственная, переходящая из тела в тело. Выражаясь современным языком, вместилище памяти поколений. Семерное же деление психики принимали в древности индийцы. У них четвертая душа, или Кама-рупа, тоже несла в себе память прошлого, но только в виде инстинктов, а не сознания, как пятая душа египтян.

— Вы хотите что-то спросить?

512
108 440 Это как бы два потока, параллельных и непрерывно взаимодействующих между собой, взаимно контролирующихся и индуктирующихся. Ясно ли я сформулировал?

— Ясно, ясно, — послышался нетерпеливый голос.

Это как бы два потока, параллельных и непрерывно взаимодействующих между собой, взаимно контролирующихся и индуктирующихся.

Шаг ближе к пониманию психических сил человека сделал Юнг. Его «коллективное подсознательное» гораздо шире охватывает явления, чем фрейдовское подсознание, и приближается уже к современному понятию ноосферы. Юнговское подсознательное объемлет и то, что у других авторов называется сверхсознанием и состоит из равного [513] соотношения темных и добрых сил, говоря образно — ангелов и дьяволов. У Фрейда все это, маскируемое термином «греза», населено только дьяволами. Возьмите его интерпретацию «Сна в летнюю ночь». Из «грезы» Титании Фрейд сделал зверское искажение. Буквально: «я была любовницей осла!» Жажда исключительности в психологической структуре Фрейда коварно ведет его к попыткам прикидываться всемогущим богом... Не мудрено, что психоанализ, которым, на основе Фрейда, увлекались на Западе вплоть до последних лет, в конце концов потерпел полный провал. Он остался лишь для утешения психопатов, неполноценных в половом отношении людей, и средством к существованию огромного числа «врачей» — психоаналитиков.

— Ясно, ясно, — послышался нетерпеливый голос.

512—513
109 440 В науке и искусстве надо спорить работой, идти вперед, пусть спотыкаясь, но дорогу осилит лишь идущий, как хорошо говорят в Средней Азии. Будем и мы осиливать свою дорогу. — Помолчав, Гирин продолжал... В науке и искусстве надо спорить работой, идти вперед, пусть спотыкаясь, но идти, а не играть словами. Великий Вернадский, вводя понятие ноосферы — духовной сферы коллективного знания и творческого искусства, накопленного человечеством всей планеты, не смог предвидеть извращения, допущенного наукой, когда она вместо содружества искателей истины стала превращаться в клан жрецов-авгуров, постигших непреложные истины последних пределов вселенной. Эта тенденция науки начала века бросила нас неподготовленными в беспредельное море информации, которой оказалось куда больше, чем предвидели авгуры, хотя Ленин еще в начале века предостерегал ученых. Мало того, наука попросту отбросила и дала утонуть в бездне информации всем необъяснимым на данном уровне познания фактам. Я вижу свою задачу в том, чтобы в частном случае генной памяти извлечь на свет точного исследования эти выброшенные за борт явления. Ведь именно для диалектики [514] познания важно, чтобы не было серой поверхности утопленной информации и, с другой стороны, Вавилонской башни нагромождения неиспользуемых научных данных, подрываемой изнутри невежеством узких специалистов... — Помолчав, Гирин продолжал... 513—514
110 441 Они ведут нас к головокружительной возможности — заглянуть через самого человека в бездну миллионов прошедших веков его истории, пробуждая в его сознании закодированный памятный фонд. Мы сможем не только расщепить сознание и подсознание, но вскрыть подсознательную память и, отразив ее в сознании, получить расшифровку. Они ведут нас к головокружительной возможности — заглянуть через самого человека в бездну миллионов прошедших веков его истории, пробуждая в его сознании закодированный памятный фонд. Первая по времени научная постановка проблемы генной памяти в начале нашего века принадлежит писателю Андрею Белому. Он формулировал возможность «палеонтологической психологии» и говорил об отношении к слоям подсознания, вписанным в нашу психологическую [515] структуру как к ископаемым пластам в геологии. Беседовавший с писателем геолог Алексей Петрович Павлов принял эту возможность и внес свои коррективы. Он также может считаться пособником первых шагов на пути к пониманию огромной и сложной памяти поколений. Наша задача не только расщепить сознание и подсознание, но вскрыть подсознательную память и, отразив ее в сознании, получить расшифровку. 514—515
111 441 Дальше будет видно, что применить для возбуждения угнетенного сознания, чтобы сделать его максимально чувствительным к сигналам из отделившегося подсознательного. Я предполагаю вначале применить буфотенин. Возможно, понадобиться повысить содержание серотонина в мозгу или попробовать курение южноамериканского растения — семян кохабы. Кроме того, следует повысить интенсивность мышления. Вот и всё.

— Как же сделать мышление интенсивнее? — спросил Сергей.

Дальше будет видно, что применить для возбуждения угнетенного сознания, чтобы сделать его максимально чувствительным к сигналам из отделившегося подсознательного.

— Как же сделать мышление интенсивнее? — спросил Сергей.

515
112 443 Как выяснил Гирин из консультации с палеонтологами, примерно сорок тысячелетий отделяло 1961 год от обрывка истории человека, вспыхнувшей коротким огоньком в сознании Селезнева. Сотня тысячелетий отделяла 1961 год от обрывка истории человека, вспыхнувшей коротким огоньком в сознании Селезнева. 517
113 450 Глыбы шаг за шагом медленно ползли в степь, становясь там навеки надежным убежищем сильных и предметом робкого поклонения потомков, ослабевших к переменчивой судьбе древних племён. Глыбы шаг за шагом медленно ползли в степь, становясь там навеки надежным убежищем сильных и предметом робкого поклонения потомков. 525
114 453 По недосмотру ли Сергея или по умыслу кого-то из присутствовавших на опытах пропал протокол пробы нового препарата с 8-азагуанином, по предложению Гирина биохимически стимулировавшего памятные узлы наследственной информации. По недосмотру ли Сергея или по умыслу кого-то из присутствовавших на опытах пропал протокол пробы нового препарата с 8-ибогаином, по предложению Гирина биохимически стимулировавшего памятные узлы наследственной информации. 529
115 457 Мужчины любили длинношерстный мех рыси, волка, медведя, придававший им особенно боевой и могучий вид, а дети бегали голыми даже в очень холодную погоду.

Жители скал подолгу возились с оружием...

Мужчины любили длинношерстный мех рыси, волка, медведя, придававший им особенно боевой и могучий вид, а дети бегали голыми даже в очень холодную погоду.

К умершим они относились с большим почтением, укладывая покойников на пышные ложа из цветов.

Жители скал подолгу возились с оружием...

534
116 462 — Не это именно, — терпеливо объяснил Гирин, — но, может, еще более интересное. В каждом по-разному. Так же как и сердце — «у всех одинаково бьется, но разно у всех живет», — внезапно пропел он.

— Я все бы отдал, чтобы еще раз побывать там...

— Не это именно, — терпеливо объяснил Гирин, — но, может, еще более интересное. В каждом по-разному. Так же как и сердце — «у всех одинаково бьется, но разно у всех живет», — внезапно пропел он. — Например, народы с длинной историей как бы устают от нее в сво[542]ей мыслительной деятельности, обремененные горечью и цинизмом в своей генной памяти, хранящей тяжелый опыт многих тысячелетий жизни именно этого небольшого народа, не растворившегося в океане других племен. Превыше всего такие народы ставят материальное благополучие и здоровье лишь в индивидуальном плане. Они уходят от широкой мысли в любование тонкими деталями мира, наслаждение решением частных задач науки и философии, от просторов неба и моря к их отражению в пруду, от дерева — к ветке, от чувств — к декорации, от людей — к куклам. И незаметно в этом мире иллюзий, прихотливых и несбыточных, получается психосдвиг к иррациональности... к неприятию реальности и ее искажению. Поэтому анализ генной памяти должен сыграть немалую роль в изучении массовой психологии.

— Я все бы отдал, чтобы еще раз побывать там...

541—542
117 468 Сейчас стало легче, начали говорить в печати даже о телепатии. Сейчас стало легче, начали говорить в печати о телепатии и даже йоге. 548
118 469 Но павианы тоже жители скал.

— Гадость ваши павианы! Мы все же другие.

Но павианы тоже жители скал.

Первые обезьянолюди, австралопитеки, жили по соседству с павианами, иногда охотились на них и сражались за место. Может быть, многие плохие черты нашего характера возникли из столкновения с этими отвратительными, жестокими и злобными стадными обезьянами на заре времен.

— Гадость ваши павианы! Мы все же другие.

549
119 469 Мы не тигры и не олени, даже не лошади. А жаль! Мы не тигры и не лошади. А жаль! 549
120 473 — Семьдесят. Возраст, достаточный для того, чтобы устать от трудной и напряженной жизни, которую он вел. Но не будем отвлекаться Кунертом, вот ваш портрет. — Семьдесят. Возраст, достаточный для того, чтобы устать от трудной и напряженной жизни, которую он вел. Но довольно о Кунерте, вот портрет. 554
121 474 — Как хорошо! — порывисто вздохнула Сима. — Но ничего на меня похожего! Кто это? 555
122 474 — А другие сравнивали с девушкой на берегу пруда Борисова-Мусатова. Вы видели у меня репродукцию — подарок бывшего мужа. — А другие сравнивали с девушкой на берегу пруда. Видели у меня репродукцию. 555
123 475 Но я бесталанна во всем: и в смысле способностей, и в смысле удачи !

— Наоборот, многоталанны!

Но я бесталанна во всем: и в смысле способностей, и в удаче!

— Наоборот, многоталантливы!

556
124 475 — Как смотреть ! Я считаю, что талант — это способности, позволяющие делать то, что недоступно среднему человеку. А я — судите сами: по фигурному катанию — шестое место, художественной гимнастике — пятое, гимнастика — восьмое, плавание и прыжки в воду — восьмое. И не в каком-либо всесоюзном или европейском масштабе, а по федерации. — Как смотреть! Я считаю, что талант — это способности, позволяющие делать то, что недоступно среднему человеку. А я — судите сами: по фигурному катанию — шестое место, художественной гимнастике — пятое, гимнастика — восьмое, плавание и прыжки в воду — восьмое. И не в каком-либо всесоюзном или европейском масштабе... 556
125 475 И не в каком-либо всесоюзном или европейском масштабе, а по федерации.

— Словом, вы не можете совершить ничего выдающегося, но зато делаете хорошо многое. Это куда труднее, чем специализироваться. Мне вы показались такой сразу — совершенной серединой. Она мне ближе, может быть, потому, что и я человек того же типа, без выдающихся способностей в одном виде знания, без гениальности, как скажут ученые. Вот вам исповедь с развенчанием героя.

И не в каком-либо всесоюзном или европейском масштабе...

Мне все же кажется, что, если бы вы хотели...

— Может быть. Но мне противен ажиотаж вокруг рекордов, все усиливающийся в международном спорте, культивирование однобоко тренированных, умственно мало развитых людей...

— Словом, вы не можете совершить выдающегося, но зато делаете хорошо многое. Это куда труднее, чем специализироваться. Мне вы показались такой сразу — совершенной серединой. Она мне ближе, может быть, потому, что и я человек того же типа, без выдающихся способностей в одном виде знания, без гениальности, как скажут ученые.

556
126 475 Гирин принялся хохотать. Сима тоже рассмеялась и спросила:

Ну что я сказала смешного?

— В искупление вины вот ещё один ваш портрет.

— Сколько же их у вас?

— Всего два. Это Наташа Труханова, изображённая Бакстом в роли Пери, — ответил Гирин на немой вопрос Симы. — Была такая последовательница Айседоры Дункан, русская балерина, прославилась в Париже в десятых годах нашего века. Потом вышла замуж за генерала Игнатьева, вернулась на родину и умерла в Москве не так давно.

— Что ж, вы, пожалуй, правы! — призналась Сима. — А где вы достаёте такие вещи?

— Наткнулся случайно. А когда встретил вас, сразу вспомнил Труханову именно в роли Пери. Тогда и повесил на стенку.

— А это художница, — Сима повернулась к портрету балерины, — как вы назвали ее?

Гирин принялся хохотать. Сима тоже рассмеялась и спросила:

— А это художница, — Сима повернулась к портрету балерины, — как вы назвали ее?

556
127 476 Ответ почти всегда был один: бывшая Сумская область.

А сейчас что с Серебряковой?

— Она во Франции со множеством своих картин, которые не пользуются там никаким успехом. Она хотела вернуться на родину, но уж очень стара. Восемьдесят с чем-то лет.

Ответ почти всегда был один: бывшая Сумская область.

А мне пришлось видеть не менее привлекательный тип нашей русской женской красоты — в семьях потомственных новогородцев, — сказала Сима. — Там, наверное, произошло смешение древних новогорожан и варягов — скандинавов. Удивительно глубокие, широко расставленные глаза, великолепные фигуры — крупные, мощные у мужчин, крепкие, небольшие у женщин.

— А мне очень понравились, давно, еще с волжских моих путешествий, женщины, какие встречаются в Астрахани. Там к русской примешалась монгольская «кровь» и, очевидно, еще иранская. Получилась комбинация, в которой тонкое изящество монгольских черт [558] сочеталось со здоровьем волгарей и добавился оттенок древнего персидского благородства... Что вы смеетесь?

— Я думаю, что таких «центров красоты» можно найти еще десятки в нашей громадной стране, — сказала Сима. — Мне рассказывали о прелестных симферопольских, минских, иркутских, ташкентских и не помню еще каких девчатах.

— Что ж, вы правы. Мы судим по собственному опыту, а он убого мал для разнообразия и просторов Союза, — согласился Гирин.

— А знаете, как можно всегда отличить русскую женщину хорошей породы, если сказать по-научному — чистой линии? — лукаво улыбнулась Сима.

— Скажем, вас?

— И меня, — спокойно согласилась Сима. Она вытянула вперед загорелую ногу. С весны Сима ходила без чулок, что совпадало с современной модой. Гирин поглядел с восхищением, но девушка поморщилась.

— Я вам не себя показываю, а признак.

— Я и ищу его. Вот подъем породистой, крутой аркой...

— Не так. Ступни с высоким подъемом мало ли у кого могут быть. Другое...

— Ага! Понял! — вскричал Гирин. — Полное отсутствие волос на голенях... это годится и для мужчин.

— Совершенно верно. Обратите внимание при надобности, ученый антрополог! Но я хотела расспросить еще о Серебряковой. Что с ней сейчас?

— Умерла во Франции. Осталось множество ее картин, которые не пользуются там успехом. Она хотела вернуться на родину, к дочери, но, видно, не успела, очень была стара.

557—558
128 477 ...Почему человек должен ограничивать свои чувства рамками жизни на производстве и элементарными стремлениями вне его: снял комбинезон, пошёл по улочке к девчатам, попел, попил, поехал на футбол? Право, старая, неграмотная Русь создавала свои чудесные лирические песни, считая, что она чувствует и мечтает не хуже, а лучше образованных классов. Кстати, так оно и было в самом деле. Все эти попрыгушки отталкивают слушателя и раздражают его. Почему человек должен ограничивать свои чувства рамками жизни на производстве и элементарными стремлениями вне его? Право, старая, неграмотная Русь создавала свои чудесные лирические песни, считая, что она чувствует и мечтает не хуже, а лучше образованных классов. Русские песни соответствовали спокойствию и терпеливости народа, давая в грустных напевах нужную психологическую разрядку. А теперешние, наскоро сфабрикованные, песенки лишь усугубляют то «мятуче-трясучее» настроение, в каком пребывает часть молодежи. Эти песенки не совпадают с русским характером, кстати, и со вкусами азиатских народов нашей страны. Но те не стесняются сохранять свою самобытность, а в русских деревнях перестают петь. Все эти попрыгушки отталкивают слушателя и раздражают его 559
129 477 Замечательные, психологически абсолютно верные слова: «Печаль моя светла, печаль моя полна тобою».

И какова же ваша грустно-утешительная песня?

Замечательные, психологически абсолютно верные слова: «Печаль моя светла, печаль моя полна тобою».

[560]

Сима вздохнула, что, как уже знал Гирин, означало удовольствие.

— Всегда приятно встречаться с собственными мыслями и ощущениями у другого, особенно старшего и мудрого человека. Я давно задумывалась, кому нужно искажать древние народные песни, придавая им бодрый конец, особенно, упаси бог, если речь идет о самоубийстве...

— Опять наследие недавнего прошлого, когда никакой печали нам не позволялось. А какие песни вы имеете в виду?

— Ну, многие... «Липу вековую», одну из самых чудесных песен нашего народа. Ей сделали концовку, вместо: «Скоро и твой милый сам к тебе придет», — «Липа вековая снова расцветет», сведя на нет великую печаль утраты, а выбросив предыдущий куплет «Только не с тобою, милая моя, спишь ты под землею, спишь ты без меня», вообще лишили песню ее глубокого смысла. И теперь все пластинки и все исполнители повторяют фальшь. Таких примеров много, они меня обижают неверием в человека, предложением лживой сахаринной жизни. Ну бог с ними, скажите лучше, какая ваша утешительная песня?

559—560
130 477 Не та, где якоря поднимают, бодряческая, а та, где плещут холодные волны. Не та, где якоря поднимают, а та, где плещут холодные волны. 560
131 479 Миноносец в 350 тонн водоизмещения, вооруженный шестью 120миллиметровыми пушками, без хода не имел никаких шансов спастись от крейсера в 5 тысяч тонн, с двумя восьмидюймовками и целым арсеналом орудий меньшего калибра. Миноносец в 350 тонн водоизмещения, вооруженный малокалиберными пушками, без хода не имел никаких шансов спастись от крейсера в 5 тысяч тонн, с двумя восьмидюймовками и целым арсеналом орудий меньшего калибра. 562
132 480 — Но вы уверены, что родителей нет в живых?

— Мне сообщили, что «умерли и ни в чем не виновны».

— Но вы уверены, что родителей нет в живых?

— Мне сообщили об этом официально.

564
133 481 А когда выяснилось, что мое происхождение может повредить ему в заграничных поездках, Петр настолько испугался, что смог сказать мне об этом. А когда выяснилось, что мое происхождение может повредить ему в заграничных поездках, Георгий настолько испугался, что смог сказать мне об этом. 564
134 482 Но изучение физиологии зрительных галлюцинаций дает лабораторию, сложные приборы и возможность идти своим путем в свободное от тематики время. Но изучение физиологии зрительных галлюцинаций дает лабораторию, сложные приборы и возможность идти своим путем в свободное от плановой тематики время. 565
135 488 «Пусть хотя бы и вирус, но первопричина все равно в нарушении обмена и нервно-химической регулировки. «Пусть хотя бы и вирус, но первопричина все равно в нарушении нервно-химической регулировки. 573
136 488 Надо в первую очередь искать эту брешь, как течь, и прежде всего в высшей нервной деятельности центров, ведающих перекрытием инфектозащитных переборок.

Во всяком случае, никто ничем не рискует

Надо в первую очередь искать эту брешь, как течь, и прежде всего в высшей нервной деятельности центров, ведающих перекрытием инфектозащитных переборок.

Ведь человек с идеальной генетической структурой не должен абсолютно ничем болеть.

Во всяком случае, никто ничем не рискует

573
137 492 — Ого, Леонид Кириллович, — сказал Гирин, — не ожидал у вас такого классического для психолога подхода! Согласен!

— Позвольте!

— Ого, Леонид Кириллович, — сказал Гирин, — не ожидал у вас такого классического для психолога подхода! Согласен! Скажу больше — психиатров тревожит новая мода длинных волос у мужчин, кружевных манжет и пестрых рубашек. Это намечается тенденция к женственности, слабости, отсутствию желания быть сильным.

— Позвольте!

577
138 493 — Ладно, Солтамурад, не кипятитесь. Не все здесь такие, можете нам поверить.

— Ух, как я ненавижу эту, как вы хорошо сказали, заугольную пакость, — взволнованно сказала Сима

— Ладно, Солтамурад, не кипятитесь. Не все здесь такие, можете нам поверить.

Однако многое изменилось даже с тех пор, как я начинал свои первые экспедиции, — сказал Андреев. — Ушли в прошлое отсутствие запоров в деревнях, старые, покинутые, но нетронутые часовенки на русском Севере, древние надписи и изваяния на степных холмах. Теперь почему-то немало людей старается сокрушить, разбить, испакостить не охраняемые ничем, кроме благоговения к человеческому труду и искусству, вещи, до сей поры стоявшие сотни лет.

— Все тот же признак антисоциальной поврежденной психики, о котором я только что говорил, — сказал Гирин, — чем дальше, тем больше он усиливается, не только на Западе, но уже и на Востоке. Все чаще случаются взрывы самолетов в воздухе, стрельба по невинным ни в чем случайным прохожим, дикая расправа со старинными произведениями искусства, составляющими славу народа, вроде датской Русалочки.

— Почему же еще и с произведениями искусства? — спросил Солтамурад.

— Произведения искусства в поврежденной психике вызывают такую же ярость, как, например, обнаженные [579] изваяния, женская красота или танцы. Чувство своей неполноценности, ущербности и неодолимое желание компенсации торжества — параноидальный комплекс. Раз «Глаша не наша», — Гирин вспомнил поговорку, — «то бей ее, сволочь такую!».

Я помню Петроград в первые годы Советской республики, когда стояли нетронутые и не охраняемые никем, кроме народной совести, особняки с полами цветного дерева, фресками, зеркалами, даже мебелью, а в их садиках и дворах — прекрасные статуи. Все целехонькое. А теперь у нас боятся поставить красивое изваяние даже на городской площади!

— В самом деле, у нас совершенно ничтожное количество изваяний как образцов красоты человека, не памятников, — воскликнула Сима.

— А на площадях, улицах и в садах древнегреческих городов тысячи статуй стояли много веков, — тихо сказал Гирин, — никем ни разу не тронутые, охраняемые прочнее стальной решетки ореолом своей красоты. Судите сами, чье психическое здоровье было лучше.

— Я бы назвал его по-гомеровски — богоравным, — сказал Солтамурад.

— Ух, как я ненавижу эту, как вы хорошо сказали, заугольную пакость, — взволнованно сказала Сима

578—579
139 493 Я говорю, естественно, не о случайных промахах поведения, а систематически повторяющихся поступках.

— Хватит о психопатах

Я говорю, естественно, не о случайных промахах поведения, а систематически повторяющихся поступках.

[580]

Параноидальная психика выказывает себя также, когда люди нарочно вытаптывают цветы и траву, опрокидывают скамейки, прут поперек движения именно потому, что этого нельзя делать. Самый опасный для социалистического и коммунистического общежития вид психоза. Между прочим, усиленные занятия математикой, с ее прямолинейной и абстрагированной логикой, создают склонность к параноидной психике. Поэтому я против специальных математических средних школ... и против завышенных требований по математике и на конкурсах даже по тем специальностям, где она не нужна.

— Хватит о психопатах

579—580
140 496 Гирин поднялся, прошелся вдоль стены.

«Теперь слушайте это», — сказал он. — Так начиналось в старину объяснение боевой обстановки в английском флоте.

Мы привыкли...

Гирин поднялся, прошелся вдоль стены.

— Мы привыкли к меняющейся и совершенствующейся технике...

584
141 498 Но ведь высшие формы общества могут быть созданы лишь воспитанными и дисциплинированными, высокосознательными людьми — такова неизбежная диалектическая взаимозависимость, неустанно подчеркивавшаяся Лениным и четко сформулированная XXII съездом партии. Но ведь высшие формы общества могут быть созданы лишь воспитанными и дисциплинированными, высокосознательными людьми — такова неизбежная диалектическая взаимозависимость, неустанно подчеркивавшаяся Лениным. 586
142 500 Мы попросту отвергли известные возможности индийских факиров из страха... Мы попросту отвергли известные возможности индийских йогов из страха... 588
143 501 Женщины и девушки ходили в хитонах, не сшитых по бокам, почему и прозывались у афинян «гимномерос» — голобедрыми. Женщины и девушки ходили в хитонах, не сшитых по бокам, почему и прозывались у афинян «файномерес» — показывающими бедра. 589
144 532 Написано это, ласточка, еще до нашей эры в Чандогье Упанишад. На[626]писано это, зорюшка, еще до нашей эры в Чандогье Упанишад. 625—626
145 536 — Как на чей вкус, — очнулся наконец Гирин. — Мне кажется, что в цвете воронова крыла слишком много мрака, а у тебя сквозь черноту проглядывает огонь.

— Ты милый, Иван!

— Как на чей вкус, — очнулся наконец Гирин. — Мне кажется, что в цвете воронова крыла слишком много мрака, а у тебя сквозь черноту проглядывает огонь. Оттенок огня выдает тебя, и я давно раскрыл твою тайну.

— О чем ты говоришь? — воскликнула Сима, почему-то краснея.

— По мусульманским легендам, аллах сотворил человека из глины, а пери — из огня. Ты — пери, а я, как черепок, стал тверже и звонче...

— Ты милый, Иван!

631
146 540 — Вот и упала в вечный мрак «Звезда Индии», — пробормотала она. — Неужели нельзя было спасти ее, Иван, милый?

— Нельзя, ласточка! Другая рана, но не эта! Не плачь, она ушла сразу, в полном расцвете красоты и сил. Для нее это хорошо! Куда хуже Даяраму!

— Я не могу... не могу примириться, — тихо всхлипывала Сима, — такая мерзкая, чудовищная жестокость! Почему так случилось, Иван?

Гирин молча гладил густые спутавшиеся волосы жены.

— Вот и упала в вечный мрак «Звезда Индии», — пробормотала она. — Неужели нельзя было спасти ее, Иван, милый?

— Нельзя, зорюшка! Другая рана, но не эта! Не плачь, она ушла сразу, в полном расцвете красоты и сил. Для нее это хорошо! Куда хуже Даяраму!

— Я не могу... не могу примириться, — тихо всхлипывала Сима, — такая мерзкая, чудовищная жестокость! Почему так случилось, Иван?

Знаешь, я впервые остро почувствовал, как рядом с великой любовью всегда тянется черная бездна. Очень верен образ звезды, упавшей во мрак. Это немилосердная несправедливость жизни в нашем мире. Человек озаряется и возвеличивается светом и теплом большой любви, но одновременно появляется чувство бездны потери. Не страх, он более конкретен и узок, а нечто гораздо большее, паника чудовищной утраты смысла всей жизни, когда впереди останется лишь непроглядная тьма.

Сима крепко поцеловала мужа и шепотом, словно боясь привлечь внимание темных сил, сказала, что черная пропасть на краю жизни ей также знакома.

— С той поры, как я накрепко полюбила тебя! — пояснила она.

Гирин молча гладил густые спутавшиеся волосы жены.

636
147 547 А что познание это возможно, то вряд ли вы будете оспаривать!

Индийцы опять переглянулись. Кто-то вполголоса сказал несколько непонятных слов. Гирин продолжал анализировать важнейшие положения индийской философии, вскрывая их диалектическую сущность и отбрасывая религиозную шелуху.

А что познание это возможно, то вряд ли вы будете оспаривать! Вы учите, что причинная вселенная подчинена единому механизму — это верно и с точки зрения материалиста. Однако если замысел божества неисповедим и цель его нам непонятна, то мы должны быть покорны неумолимому закону совершенствования. Для меня это неприемлемо...

Гирин заметил зажегшиеся осуждением и мрачным любопытством глаза собеседников, не смутился и продолжал:

— Каковы бы ни были цепи развития вселенной и тяжкого пути совершенствования человека, только я как человек имею право судить, насколько правы зачинатели и направляющие развитие силы — природы или богов — все равно. Сознательная материя может оценить затраты на проведение процесса совершенствования — количество горя, крови, жертв и несчастий, которое кажется мне непомерно огромным по сравнению с достижениями!

Медленно поднялся чернобородый фанатического вида индиец с бирюзовым украшением в тюрбане. Едва дослушав перевод Витаркананды, он склонил набок голову и быстро заговорил по-английски:

— Как смеем судить высшие силы и высший разум нашим бедным, ограниченным чувствами, рассудком? Детская выходка, не более!

— Детство человечества — это склоняться перед тем, что вы зовете высшими силами! — энергично возразил Гирин. — Неужели нельзя понять, что поставивший эксперимент не участвует в процессе, ему важен только результат, по которому он судит об успехе. Тем самым он не может ни на мгновение стать наравне с теми, кто страдает и гибнет в жестоком процессе. Потому он нацело лишен права судить, стоит ли игра свеч. Только мы, дети человеческие, можем понять, оценить и решить, правильно ли происходит процесс. Мне кажется, что неправильно, и мы его или исправим, или погибнем!

— Ужасное кощунство для индийца слышать такие вещи, — нахмурился даже Витаркананда.

— Разве уважаемым слушателям неизвестна древняя индийская легенда, сохранившаяся в традициях Брахма[646]низма, об узурпации Брахмой творческого процесса вселенной? — спросил тихо Гирин.

Индийцы вдруг начали спорить, забыв о госте, пока Витаркананда, извинившись, не спросил, что известно гостю о легенде. Гирин пояснил, что Брахма, втайне от верховного духа Махадевы, создал закрытый мир пространства и времени в причинной зависимости, изолированной от Великой Внепричинной Вселенной. Он даже обманом овладел Сарасвати, заставив ее оплодотворить женским принципом Шакти преступно созданный мир. По велению Вишну Шива-разрушитель внедряется в этот мир, чтобы разомкнуть круг космической опухоли...

Индийцы, удивленные тем, что легенда из тайных писаний известна чужеземцу, мрачно переглянулись, сказав несколько непонятных слов. Гирин продолжал анализировать важнейшие положения индийской философии, вскрывая их диалектическую сущность и отбрасывая религиозную шелуху.

645—646
148 551 ...предвидите распространение неизвестных прежде болезней, призываете «подготовить врачей».

И в то же время весь идеал йоги зиждется на личном «спасении», уходе и предоставлении всему остальному миру идти своим путем

...предвидите распространение неизвестных прежде болезней, призываете «подготовить врачей». Йогическая наука, хотя далеко не все мои западные коллеги отдают себе в этом отчет, полярна европейской в методе познания. Мы привлекаем информацию из внешнего мира через описание и эксперимент, нащупывая законы вселенной. Вы же стараетесь познать мир изнутри, из себя, считая, что человек, как микрокосм, вмещает в себя всю неисчерпаемость бытия и полноту познания. Самая важная часть всех наук о человеке — психология, борьба за его высокие и душевные качества, хотя и резко различны в Индии и на Западе, по существу, составляют диалектически две стороны единства. Наша психология зиждется на синтезе опытных данных. Индийский исследователь не рационализирует истину, он испытывает ее в личном, субъективном опыте. Из наших психологических школ ближе всего к индийской школа Чарльза Роджерса.

Элементарные достижения раджа-йоги — развитие бездонной фотографической памяти и интеллигентности выше среднего уровня — обычно отрицались западной [651] психологией, хотя последние данные и начинают говорить о реальности этих достижений.

Противоположность наших путей в то же время диалектически едина в движении к раскрытию тайн природы и человека. На этой дороге мы неизбежно сойдемся в необходимости двустороннего постижения, внутреннего и внешнего единства познания.

И в то же время весь идеал йоги зиждется на личном «спасении», уходе и предоставлении всему остальному миру идти своим путем.

650—651
149 552 Как случилось, что вы до сих пор стоите в стороне от вашего подлинного назначения?

Гирин умолк, неуклюже поклонился собравшимся и сел, вытирая потное от напряжения и волнения лицо.

Как случилось, что вы до сих пор стоите в стороне от вашего подлинного назначения?

Самый великий ученый нашего века и один из величайших во все времена, мой соотечественник Вернадский ввел понятие ноосферы — суммы коллективных достижений человечества в духовной области, мысли и искусства. Она обнимает всех людей океаном, формирующим все представления о мире, и надо ли говорить, как важно, чтобы воды этого океана оставались чистыми и прозрачными. Все усилия людей творческих должны быть направлены сюда, и нужно не только создавать новое, но и не позволять пачкать прежнее, вот еще одна громадная задача на пользу всему миру.

Гирин умолк, неуклюже поклонился собравшимся и сел, вытирая потное от напряжения и волнения лицо.

652
150 552 Считается, что из ста восьмидесяти миллионов американцев двадцать восемь миллионов людей в какой-то степени неполноценны в отношении душевного или физического здоровья. Число умственно отсталых людей в Соединенных Штатах... Считается, что из ста восьмидесяти миллионов американцев двадцать восемь миллионов людей неполноценны в отношении душевного или физического здоровья, а восемь миллионов с явно поврежденной психикой. Число умственно отсталых людей в Соединенных Штатах... 653
151 553—554 Западные люди сами начали понимать, что отказ от природы ведет их цивилизацию к большой опасности. Все чаще раз[554]даются голоса, что, будучи сам частью природы, «человек тщательно разрушает ее вокруг себя, оголяя места своего обитания и создавая идеальные условия для заболеваний».

Другие говорят, что человек «сокрушил вокруг себя куда больше прекрасного, чем собрал в своих музеях и картинных галереях. Самое же гнусное, что он пытается подчинить основные законы биологии временным законам рынка.» Я беру эти слова из двух только что опубликованных американских книг — «Молчащая весна» и «Наше синтетическое окружение», авторы которых пытаются дать себе отчет в дальнейшей судьбе человека в условиях западной цивилизации. Судьба эта представляется им печальной.

Всё больше становится у вас людей в тёмных очках, скрывающих самое прекрасное в человеке — его глаза...

Западные люди сами начали понимать, что отказ от природы ведет их цивилизацию к большой опасности.

Будучи сам частью природы, «человек тщательно разрушает ее вокруг себя, оголяя места своего обитания и создавая идеальные условия для заболеваний».

Другие говорят, что человек «сокрушил вокруг себя куда больше прекрасного, чем собрал в своих музеях и картинных галереях. Самое же гнусное, что он пытается подчинить основные законы биологии временным законам рынка.» Красота и многообразие нашей Земли, ее людей, природы, искусства, геройских подвигов остается в подавляющем множестве случаев неизвестна среднему человеку, серому не душой, а своим поразительным невежеством, в узкой и монотонной жизни.

Еще хуже, когда в определенных целях нарочито скрывают широту огромного мира, направляют внимание на мелкие, якобы важные споры, на пустяковые вопросы, на мнимых врагов. Или восхваляют именно за невежество и узкое самоограничение в знании. Все это опустошает, озлобляет человека, делает духовно нищим, не видящим путей к чему-то большому и интересному. Большинство людей не понимает, что великое многообразие и красочность мира будут служить им крепчайшей душевной поддержкой на протяжении всей жизни. А те, кто [655] крадет у них время и возможность познавания мира, — поистине людоеды-тигры.

Всё больше становится у вас людей в тёмных очках, скрывающих самое прекрасное в человеке — его глаза...

654—655
152 555 Тревоги не только за себя, но и за весь окружающий мир, с которым неразделен каждый человек, и судьба мира — его судьба.

Но есть еще одно в идеологии коммунизма, обусловливающее неотвратимость ее распространения во всем мире.

Тревоги не только за себя, но и за весь окружающий мир, с которым неразделен каждый человек, и судьба мира — его судьба.

Но если вещая душа и жесткая дисциплина поведения также составляют необходимые качества йога, то полное тревоги за судьбы людей и мира сердце вы одели в броню безразличия и несочувствия.

Но есть еще одно в идеологии коммунизма, обусловливающее неотвратимость ее распространения во всем мире.

656
153 556 — Должен сказать, — заговорил Витаркананда, — что ни один из моих европейских друзей еще не удостаивался такого внимания. Мои друзья изведали многое на пути, и поиски ваши вызвали у них уважение и дружеское участие.

Мы знаем несколько дорог.

— Должен сказать, — заговорил Витаркананда, — что ни один из моих европейских друзей еще не удостаивался такого внимания. Мои друзья изведали многое на пути, и поиски ваши вызвали у них уважение и дружеское участие.

Вы правы, что аналитическое исследование внешнего мира западной наукой можно сочетать с интравертированным синтезом йоги лишь диалектически. Вы знаете, что отдельные люди в прошлом и настоящем обладали подобным умением, но еще нет даже признаков распространения синтеза мудрости Запада и Востока. Мне известны предсказания, что Россия первой ступит на этот путь, неизбежный для высшего будущего познания, но пока еще не ступила. Это удивляет нас, потому что психологические методы йоги особенно важны для выработки социального поведения индивида.

«Йога есть искушенность в действиях», — сказал Шри Рамакришна, указывая, что человек вживается в йогу и лепит себя по созданному им идеалу. Но кому, как не вам, знать, что человек вне народа, вне общества — пустая абстракция. Народ вне человечества тоже абстракция. Поэтому успех в практике той или другой йоги зависит от состояния общества и человечества. Только что окончилась железная эпоха Кали-Юга, в которую можно было практиковать лишь карму-йогу и бхакти-йогу, теперь подошло время и для других йог.

Бхагавад-Гита говорит, что критерий Правды — Благо, и это определение полярно западному прагматизму Джемса с его пользой, как критерием действительности.

Мы знаем несколько дорог.

658

На правах рекламы:

Оценка для ипотеки - оценка квартиры в новостройке для ипотеки metronorma.ru.